— А лодка уже на воде?
— Сегодня собираемся. Обещался приехать княжич Пожарский, просил без него ладью не спускать.
— Хорошо! — обрадовался я.
— Хочу, чтобы вы знали, мастер, что он говорил с Дито и предложил нам помощь, если с вами все сложится скверно.
— И что вы решили?
— Что будем вас освобождать и умрем за вас, — совершенно спокойно сообщил парень, не сбившись с шага.
Я отчего-то сразу ему поверил. Понял, что эти ребята и правда за меня погибли бы, даже не задумываясь.
— Вы не рабы. И не должны…
— Должны, — не поворачиваясь бросил Като. — Вы нас приняли, как своих, хотя понятно было, что мы вам совсем без надобности.
— Это не так! — возразил я, пропуская перебегающих дорогу босоногих ребятишек. — Вы ценные сами по себе — пора вам уже это понять. И рабами обладать я никогда не желал.
— Именно потому мы и будем вам верны, мастер, — с каким-то странным выражением на лице произнес парень. — Вы дали нам выбор. Никто до вас так не поступал.
Мы подошли к харчевне, которая сейчас выглядела очень презентабельно. Я запомнил это здание без второго этажа.
— Внутри большая печь, в которой пекут сдобу, — сообщил Като. — Знаете, какие тут вкусные плюшки?
— Попробуем, — довольно усмехнулся я. — Но чуть позже. А как гостевые домики?
— Много править не надо. А для большого количества гостей поставили полевой лагерь вон там… — он указал рукой в сторону крайнего дома.
Сразу за ним перед моими глазами раскинулся настоящий палаточный городок.
— Это очень похоже на вигвамы. В каждом есть лежанки, печь в центре. Дым выходит наружу через небольшое отверстие в крыше…
— Хорошо придумано! После мероприятия все это можно разобрать и хранить до следующего года в каком-нибудь…
— В амбаре! — с готовностью подхватил Като.
Я вспомнил, как выглядели домики в деревне Пожарских. Но там и гостей было в разы меньше. Здесь же палатки были вполне уместны. Я заглянул в самую крайнюю из них и убедился, что внутри очень даже уютно. На полу лежали домотканые коврики, пару топчанов украшали лоскутные покрывала.
В центре располагался очаг на металлическом основании.
— Интересно…
— Позади есть душевые, а в другой стороне поставили небольшой пирс.
— Я и не думал, что здесь проделана такая серьезная работа!
Где-то за спиной залаяли собаки, и громко засмеялись дети. Оглянувшись, я успел заметить, как к реке, в компании старосты, спускается мой приятель Пожарский. Тот тоже завидел меня и ускорил шаг, а когда оказался рядом, то вместо рукопожатия стиснул в крепких объятиях.
— Дружище, ты меня раздавишь… — начал было я.
— Когда ж ты перестанешь вести себя так? — пробормотал он. — И попадать в такие истории?