— Мой брат сам взял на себя эту ответственность, — я повысил голос, чтобы привлечь особое внимание. — Он стал князем на время отсутствия нашего отца. Денису пришлось разбираться с финансовыми вопросами, решать дела с бастардами, которые постучались в наши двери. При этом он принял меня своим братом, дал тепло и заботу…
Я на мгновенье запнулся и сглотнул горечь, которая появилась на языке. И продолжил:
— Мы стали семьей… Своего брата я считаю тем, за кого готов пойти на многое…
— А вам не обидно, что главой рода станет он, а не вы? — успела выпалить девица, прежде чем ее отодвинули подальше.
— Обидно, что я не разбираю амбарные книги? — уточнил я. — Что не отвечаю за жалованье наших сотрудников? Вы серьезно?
Я покачал головой и продолжил.
— Мне повезло заниматься тем, что я люблю… Я свободен от титула. Даже могу выбрать себе спутницу жизни по вкусу…
Над толпой пронесся вздох, и некоторые девушки восторженно взвизгнули.
— Ваше сердце свободно? — с интересом уточнила женщина в круглых очках. — Какой ваш идеал?
— Я считаю, что девушка должна быть счастливой. Тогда она способна сделать счастливым меня… Потому, когда я решусь ухаживать за своей избранницей, то совершу все возможное, чтобы он улыбалась. И не потому, что так положено, а потому что она этого хочет.
— Михаил! Выбери меня! — закричала долговязая девчушка с красными волосами и затрясла флажком с гербом моей семьи.
Я помахал ей в ответ, но говорить ничего не стал. Да и никто не ждал от меня этого.
— А правда, что вы и Алина Шереметьева больше не пара? — послышалось из толпы.
— Мы всегда были друзьями. Но мне не удалось завоевать ее сердце.
— Она вас отвергла? — тут же предположила какая-то женщина, и я подумал, что Шереметьеву могут завалить гневными письмами.
— Она помогла мне понять, какую девушку я хотел бы видеть рядом. Алина замечательная и заслуживает уважения. Мне повезло стать ей настоящим другом, — со значением произнес я. — На самом деле я не ожидал, что смогу найти среди ведьмаков настоящих друзей, отчего-то мне всегда казалось, что они небожители. Однако я ошибся. Они такие же простые и открытые ребята. Пожарские поддержали меня, когда я в этом нуждался. Шуйские оказались рядом в тяжелый момент. А Суворов…
— Он же больше не имеет права носить фамилию, — напомнил мне невысокий мужчина с блестящей лысиной.
Я нахмурился:
— И кто мне запретит называть парня по имени, которое дано ему предками? Суворовы погибли, защищая людей, и их потомок не забыл тех, кто его родил и воспитал.
Я понимал, что ступаю на тонкий лед, но не мог остановиться: