Очень скоро все должно было решительным образом измениться. Абсолютно все. Расклад сил в Европе, позиция России в мире, да и внутри страны должно было измениться очень и очень многое. Когда Германия подпишет мир, а то, что она подпишет его в ближайшие пару месяцев государь был убежден, волшебным образом изменится весь мир. И сейчас, именно сейчас следовало решать вопрос каким он будет — этот новый мир. Над этим Николай Александрович и размышлял последние месяцы. Оттого и беспокоился, решая судьбы мира, а не упустил ли он что-либо здесь, в России, у себя под носом?..
Вроде бы все тихо. Главные смутьяны — Николай Михайлович и Николай Николаевич — удалены из Петербурга. Остальные под усиленным надзором, болтать, несомненно, не перестанут, но на большее не способны. Союзнички, прежде всего англичане, конечно, в преддверии российской победы все больше и больше теряют лицо. Это было заметно еще на Парижской конференции, а уж на Петроградской будто осатанели. Практически откровенный ультиматум, заявленный Бьюкененом на конференции это что вообще было⁈ Месяц как прошел, а Николай Александрович все еще не мог успокоиться, стоило только вспомнить напыщенное лицо английского посла. Это было что-то запредельное! Уж на что у Николая Александровича стальные нервы, но и ему стоило немалых трудов не подать вида. Ну да бог судья господину послу!
Наступление и победа русского оружия решит все. И на фронте, и внутри страны. Русская императорская армия решила вопрос в девятьсот пятом, решит и сейчас. Шакалить, конечно, не перестанут, будут раздувать смуту, да только ничего не выйдет. Русский народ не поведется на горлопанов. И народ, и армия, все ждут победы. А уж после, когда и армия, и царь будут осияны славой, никто не посмеет и пикнуть.
Русские заберут проливы, возьмут под контроль Балканы, возьмут все славянские земли, это понятно. Но что делать с Германией? Англия и Франция жаждут превратить ее полузависимую, полунищую страну, но это плохо для России. России нужен союз с Германией, и Германией достаточно сильной. Да, в девятьсот седьмом государю пришлось пойти на шантаж Англии и подписать антигерманский пакт. Но тогда на кону было само существование Российской империи. Англичане устроили тут настоящий шабаш, иного выхода просто не было.
Но сейчас дело совсем другое. Десять миллионов штыков на его чаше весов, а на другой — обескровленные союзнички. Англичане ошиблись, понадеявшись на скорую победу над Германией. Немцы уперлись. Несмотря на голод, несмотря ни на что, немцы стояли насмерть. И вот уже плохо в самой Англии, вот уже и сами почти надорвались. Научит ли это их хоть чему-нибудь?.. Николай Александрович не очень-то на это рассчитывал. Но десять миллионов штыков убедительный аргумент на любых переговорах.