— Всё чудесатее и чудесатее, — хрипло выдавил я. Во рту было сухо, как в пустыне. — Воды? И, господин дознаватель… что вы мне вкололи?

— Что ты помнишь? — проигнорировав мои вопросы, спросил Андрей.

— Помню, что пить хочу.

Он вздохнул и придвинул мне стакан с водой. Я жадно припал к краю, делая мелкие глотки. Значит, всё, что было в сером лесу — Харки, погоня, сожранная Искра — это иллюзия. Но почему тогда так ноют рёбра?

Я мельком взглянул на свои руки. Чистые. Ни грязи, ни запёкшейся крови. Я посмотрел на левую руку, на тыльную сторону ладони.

Шрам. Моя Метка Крови.

Ещё вчера это была уродливая, расплывчатая клякса, похожая на корявую трёхлучевую звезду. Третий разряд. Мусорный уровень магии. Практически её отсутствие. Но сейчас шрам чуть чуть изменился. Стал тонше?

— Итак, Игнат Зайцев, — голос дознавателя вырвал меня из раздумий. — Вы являетесь рекрутом Сибирского воинства. Претендуете на место в Чёрной дружине?

— Вы всем рекрутам такие аттракционы устраиваете? — я кивнул на свои путы.

— Мы проводим проверку на адаптивность у всех. Чёрная дружина — не исключение.

Я почувствовал, как в комнате что то неуловимо изменился. В груди стало горячо, а в мозг словно скользнули невидимые, холодные щупальца. Дознаватель включил свой Дар.

— Я же рекрут, ещё не принят. Простолюдин. Я всю жизнь ремешки шил, упряжь… — начал говорить я и вдруг понял странную вещь.

Щупальца в моей голове копошились но наталкивались на хаос.

— Вот тебе первый принцип, Игнат. Вводить тебя в курс дела будет твой капитан. Мне же нужно просто получить ответы на вопросы. Я спрашиваю — ты отвечаешь. Понял? — Андрей начал закипать.

— Ну… как бы да. А почему?

— Что «почему»? — усы Андрея дёрнулись.

— Ну, если меня враг в плен возьмёт и скажет «отвечай», я что, тоже такой…

— Стоп! Ты чего, тупой?! — рявкнул прапорщик.

Давление на мозг усилилось многократно. В висках застучало. Боль полоснула по глазам, но я лишь сжал зубы.

— Я! Дознаватель Тобольской распределительной крепости! Прапорщик Андрей Труб! Ты, как рекрут — ниже меня по званию! Я спрашиваю, ты отвечаешь!

Он чеканил слова, успокаиваясь. Я видел, как расслабляются его плечи, как перестают сжиматься челюсти. И сила, что давила на мой мозг, стала более мягкой, системной.

— Имя, фамилия! — начал настоящий допрос Андрей.

— Игнат Зайцев, — ровно ответил я.

Врать под его взглядом оказалось даже проще, чем я ожидал. В моём подсознании бились имена: Сваров Игорь Анатольевич, Дунган, Раквет…Ясон. Они все стремились стать правдой! Мой мозг просто выдал дознавателю один из десятков истинных вариантов, перегружая и блокируя детектор лжи. Для меня все эти имена были реальностью.