— Ох, Настя… если бы всё так просто решалось словами.

— Да, если бы можно было просто залезть всем в мозги, не пришлось бы использовать Суд Камня, верно?

— Отвечу откровенно, — воевода посмотрел ей прямо в глаза. — Я рад вас видеть. И рад, что с вами всё хорошо. И верну вам откровенность: Суд Камня, это не наш ход. И если это не вы… Играет кто-то третий.

Общежитие Чёрной Дружины.

— Ну чего, отдохнули? — в комнату ввалился старшина. — Лёгкая пробежка, полоса препятствий и знакомство с окрестностями! Жду вас на улице через пять минут.

Костя с Аваном тут же подскочили с коек и рванули на выход.

— Погоди! — я перехватил Коновалова у самых дверей. — Спасибо… за показания на суде.

Коновалов брезгливо дёрнул плечом и усмехнулся:

— Ты не слишком умён, простолюдин. Но, возможно, это пройдёт. Я сам и только сам уничтожу тебя.

— Чего? — опешил я.

— Ты разрушил мою жизнь. И ты за это заплатишь.

Он оттолкнул меня и вышел. Я постоял, глядя в закрывшуюся дверь. Вспомнил его розовощёкое, самодовольное лицо аристократа на суде. И пошёл следом. Никогда не объяснял дебилам, в чём они не правы, и не собираюсь начинать.

Старшина построил нас на плацу и придирчиво оглядел.

Меня после трибунала признали… ну, не то чтобы невиновным, скорее сработала формулировка «вина не доказана». Потом лекари меня подлатали. Как тут всё просто: избили человека до полусмерти в подвале, потом магией подлечили, и можно по новой бить. Меня даже пожурили напоследок. Мол, не пойман — не вор, но мы за тобой следим.

И вот я стою на площади. В целом, жизнь налаживается. Появилась ясность. Но главное, что нужно всегда помнить. Каждый сам за себя…

Стоп. Что за упадничество? Я жив, здоров, сыт и обут. Коновалов — дебил, но это решаемо. Может, сам поумнеет, а может, придётся организовать ему несчастный случай. Зато есть Аван — парень с принципами. Есть Костя… он, конечно, болтун и, возможно, трусоват.

Но! что важно и возможно очень важно кому то я очень сильно задолжал. Мишаня точно получит по морде, как и два амбала, вместе с бесом.

— Слушаем сюда, зелень болотная! — рявкнул старшина так, что на другом конце плаца обернулись постовые. Затем он сделал шаг к нам и заговорил уже тихо, только для нас: — Это так для формы. Вы должны понимать, что приказы нужно выполнять. Это армейская основа. Сейчас мы пробежимся. Небольшой марш-бросок, заодно и местность покажу.

Мы пробежали круг по плацу. Это был квадрат метров сто на сто, окружённый массивными каменными зданиями казарм, штаба и складов. Затем выбежали за ворота. Старшина лёгкой трусцой бежал рядом с нашим строем.