Ржавый навис надо мной, победно скалясь.

— Ты видимо так и не понял куда попал зелень! Тут убивают если моргнул не тем глазом.

Но в каждой силе есть свои фишки, рычаги и ускорения.

Преодолевая сковывающую боль, я извернулся и выхватил из голенища ботинка столовой нож. Одновременно с этим левая рука вцепилась в ворот куртки Ржавого.

Лезвие я направил остриём вверх. А левую руку, державшую второкурсника, с силой дёрнул вниз. На себя.

Мне нужно было только сосредоточиться и сжать кулак посильнее. Рука наливалась свинцовой тяжестью от давящей на меня магии. Ржавый был выше, он нависал надо мной, а значит, гравитация и магия работал мне на пользу. Если он упадёт, то напорется животом на нож. Своей же массой.

Я хищно оскалился, глядя прямо в его торжествующие глаза.

— Похоже, твой дружок хочет посадить тебя на ножик, — прохрипел я сквозь сцепленные зубы, когда его лицо оказалось в паре сантиметров от моего.

Ржавый опустил взгляд и увидел металл, который уже почти упёрся ему в живот.

— Толстый, отмена! — вскрикнул он, попытавшись дёрнуться вбок и вырваться из моего захвата.

Сбоку мелькнула тень. Костя! Наш Казанова медсестёр, с диким, почти звериным рыком оторвал железную дужку от кровати, взвился в воздух и с зарядил этой железякой в парня у двери.

Раздался сдавленный вскрик. Парень отлетел к стене.

Давление резко спало.

Меня будто током шарахнуло. Пружина, которую так долго сжимали, распрямилась. Освободившись от невидимого пресса, я подскочил вверх, используя инерцию, перебросил вес и в ту же секунду оказался за спиной Ржавого.

Моя рука мёртвым захватом обхватила его шею, а лезвие столового ножа плотно вжалось в горло Ржавого.

— Буду резать, — злобно шепнул я ему прямо в ухо. — Буду бить.

И в этот самый момент меня просто оторвало от пола.

Чья — то рука, больше похожая на экскаваторный ковш, вцепилась в ворот моей куртки и дёрнула вверх с такой силой, что у меня клацнули зубы.

Меня подняло в воздух, продержало секунду в подвешенном состоянии, как нашкодившего кота, и плавно поставило на ноги, чуть в стороне от Ржавого.

Я скосил глаза. Рядом стоял прапорщик Паров. Он не был ни выше меня, ни шире в плечах. Обычный, сухой мужик. Но то, с какой невероятной лёгкостью он оторвал от земли взрослого парня, говорило о многом. Охренеть.

— И что это тут происходит? — ледяным, обманчиво спокойным тоном поинтересовался безопасник. Его колючий взгляд прошивал насквозь.

— Знакомимся с соседями, — процедил я, машинально потирая шею и пряча столовый нож за спину.

Паров перевёл тяжёлый взгляд на второкурсника.