Правда, за стол садится, не чинясь, и чаю себе тоже наливает.

— Хотел попросить об одолжении, — вежливо отвечает Файзулла, соглашаясь на предложенный стиль общения.

Кто его знает, вдруг у них сегодня в лагере Орды что-то серьёзное, и лично у этого лысого «коллеги» проблемы со временем. Возможно, он просто не имеет возможности вести ничего не значащие беседы, в силу того, что ему есть куда торопиться.

— Во-первых я хотел поблагодарить за вашу помощь, оказанную в работе с Нигорой. — Вежливо отвечает Файзулла. — Должен заметить, что ваш резерв трудно переоценить. Если бы не он, всё могло бы быть иначе.

— Там, откуда я, у всех резервы такие, — понимающе роняет степняк. — Место такое. Других просто не бывает.

Вот и первая загадка решилась, отмечает по себя Файзулла. Видимо, дело действительно в каких-то особых условиях их жизни.

— Во-вторых, хотел попросить лично вас о точно такой же помощи ещё раз. — продолжает лекарь, вежливо глядя на здоровяка. — Насколько я увидел, расход значительного количества резерва у вас никакого дискомфорта вообще не вызывает, это так?

— Как вы заметили, почтеннейший, у нас с вами разные размеры резервов. — Смеётся степняк. — И когда я выжимал свой досуха, что случалось, то и мне приходилось несладко. Но в случае с почтенной Нигорой, значительным количество израсходованного резерва было только для вас. Не для меня. Но о какой именно помощи вы хотели попросить?

Файзулла в ответ, за минуту, экономя время здоровяка, сообщает и описание болезни сына, и собственный план лечения. После чего вопросительно смотрит на здоровяка.

— Да вообще без проблем, — пожимает плечами степняк. — Час в роли источника? С той же производительностью, как мы делали с Нигорой?

— Возможно, даже меньше, — педантично уточняет Файзулла. — У моего сына всё таки нет опасных для жизни травм. И возрастом он в несколько раз моложе почтенной Нигоры. Там нужно не тащить больного из-за кромки, а просто поправить кое-что в клапане.

— Без проблем, — взмахивая рукой, повторяет охранник ханской дочери. — Но у нас в Орде кое-что намечается, потому имею встречное предложение: давайте это делать прямо сейчас? Потому что я не поручусь, чем окончатся наши сегодняшние дела, — в этом месте он запинается, явно подыскивая подходящие слова. — Извините, я плохо говорю на дари, потому буду краток. Можем задуманное вами сделать вот прямо сейчас?

— Конечно, — чуть удивляется Файзулла, — но удобно ли это вам? И насколько вы готовы?

— То количество резерва, что нужно вам, не проблема. Всегда готов, — отмахивается лысый. — А лично мне, в свою очередь, удобно как раз решить вашу проблему сейчас, и знать, что вопрос закрыт. Чем, не дай Аллах, если отложим, а у нас в лагере потом… Или хан, или ишак, или я. — непонятно завершает свою речь чужак, видимо, и правда плохо говорящий на дари. Судя по регулярно не так произносимым словам и не совсем ясным мыслям.