— Хорошая мысль, но не уверена, что точно её понимаю, — косит на меня взглядом Алтынай, с тревогой глядя на какого-то местного мужика, направляющего свою лошадь (или коня) прямо на нас.

Похоже, наши психологические реконструкции на песке не укрылись от чьих-то глаз. Поскольку действия мужика явно выходят за рамки долженствующей ситуации вежливости.

Его лошадь подходит слишком близко и наступает левым передним копытом на наши записи.

Поднимаюсь с корточек и гляжу в глаза мужика. Который спокойно и холодно смотрит с коня, даже не спешиваясь.

Перед дочерью хана.

Я уже догадываюсь, откуда и куда дует ветер, плюс мой статус гостя имеет свои плюсы. Какие-то обычаи я всё же знаю. И в эти игры можно играть вдвоём, а не только в одни ворота.

— У тебя невежливая лошадь, уважаемый, — спокойно говорю мужику и без лишних расшаркиваний прикладываюсь кулаком по морде его коня.

Изо всех сил, качественно перенося вес с ноги на ногу и изображая молодого Тайсона.

Лошадь с удивлённым ржанием валится на бок как минимум в нокдауне. Погребая под собой не менее удивлённого седока.

Алтынай беззвучно смеётся, не вставая с корточек, и одними губами беззвучно обозначает мне:

—СПАСИБО .

— Не за что, сестра, — чинно киваю я и, не обращая больше внимания на мужика с лошадью, присаживаюсь на корточки рядом с ней обратно. — Я уважаю гостеприимство твоего коша, Дочь Хана, — продолжаю исключительно для ушей барахтающегося под конём мужика и для пары соседей, подошедших к нам от соседних юрт. — Но там, откуда я родом, коням нет хода туда, где едят люди. У вас иначе?

— У нас также, Атарбай. — Царственно кивает Алтынай, глаза которой смеются.

— Помочь твоему джигиту выбраться из-под коня? — с сомнением гляжу на переплетение тел в шаге от нас.

— Он справится сам, — уверенно отрезает Алтынай. — А ты сильно бьёшь, брат!

— Не особенно, — искренне отвечаю, что думаю. — У нас был парень, легче меня намного. Правда, он жил на поколение раньше меня. Вот он ударом кулака, говорят, сбивал с ног быка. Причём я это слышал от многих людей.

— Он был так силён? — удивляется один из подошедших соседей, с интересом прислушиваясь к нашему разговору и не обращая внимания на мужика и коня, пытающихся подняться друг с друга. — Как его звали? Это было в каком-то войске?

— Нет, силён был не особо, — качаю головой. — Скорее просто умел хорошо бить. Прошу прощения, уважаемый, его имя вам всё равно ничего не скажет.

Я слегка увлёкся. Хорошо, что подошедшие люди основное внимание переключили на горе-наездника (двойной каламбур), наезжавшего на нас.