— Хорошо. Но если у тебя внезапно появится хвост или вроде того, я начну задавать вопросы.

Кажется, он попытался понять, шучу я или нет, и все-таки совершенно серьезно ответил:

— У антропоморфных видов их нет.

Я тихо рассмеялась, уже заранее чувствуя, что именно так все и будет складываться в нашей жизни дальше. Возможно, не стоило бы заранее озаботиться подготовкой таблички с надписью «‎Сарказм», как это сделать персонаж из сериала «‎Теория большого взрыва».

Впрочем, стоило привыкнуть, что любая шутка касательно другого мира у нас теперь превращаясь чуть ли не в полноценную лекцию по демонологии. Но, честно говоря, мне это нравилось.

— Ладно, — выдохнула я уже тише. — Покажешь наконец?

На мгновение стало так тихо, что я отчетливо услышала шум машин далеко внизу за окнами и уловила звук собственного дыхания.

А потом воздух в комнате вдруг стал тяжелее, пространство вокруг нас наполнялось чем-то невидимым и слишком плотным для обычного человеческого мира.

Максимилиан прикрыл глаза, его дыхание стало глубже.

Я увидела, как под кожей напряглись мышцы шеи и плеч, как чуть сильнее обозначились линии ключиц под тканью темной рубашки, как сама фигура начала становиться больше, шире и тяжелее, а сам мужчина тянулся вверх.

Я наблюдала настоящее изменение живого тела. У меня перехватило дыхание, реальность переставала быть стабильной на глазах, а человек, к которому я успела привыкнуть, стоял прямо напротив меня и превращался в нечто другое.

Собравшись с силами, Максимилиан открыл глаза. Золотистый цвет вспыхнул в радужке буквально изнутри, словно под поверхностью кожи и глаз на секунду разгорелся огонь. А потом оттенок золота начал темнеть, постепенно наливаясь глубоким темно-алым, кровавым оттенком, и вместе с этим вертикально вытянулся хищный зрачок. Красивый настолько, что только от этого становилось не по себе, что уж говорить обо всем превращении в целом.

Я невольно задержала дыхание, а он все это время смотрел только на меня. Ему было важно не собственное превращение, а моя реакция на него. Впрочем, предполагаю, что так оно и было.

Мое внимание сконцентрировалось на его глазах — невозможно было не смотреть в них, когда прямо у тебя на глазах в человеческом взгляде пробуждалось древнее чувство, инстинктивное, опасное и совершенно нечеловеческое. Но потом линия его силуэта начала меняться дальше, и я невольно подняла взгляд выше.

Темные рога появлялись медленно. Они не прорывались сквозь кожу, а проступали из-под нее как нечто давно существующее и наконец переставшее прятаться. Основание у висков стало чуть шире, волосы мягко сдвинулись назад, а затем из них показались гладкие изогнутые линии — не огромные, не карикатурно-демонические, а удивительно естественные. Изящные, рельефные и прекрасно сочетающиеся с его человеческой хищной внешностью.