Прошла секунда.

Две.

Я выдохнула.

— Ты хотела говорить, — спокойно донеслось с той стороны.

Я замерла, глядя в шторку и надеясь, что хотя бы она могла дать мне объяснение:

— Что?

— Ты начала разговор, — уточнил он. — Я предпочитаю вести диалог, глядя в глаза.

Я раздраженно закрыла глаза, считая до 10, как велят все именитые психологи.

Серьезно?

Серьезно⁈

— В глаза, — повторила я, стараясь говорить максимально внятно. — Если хотят смотреть в глаза, то не смотрят… куда-то еще.

— Я смотрел, — последовал ответ после короткой паузы, — в пределах всех доступных возможностей.

Я уткнулась лбом в холодную стенку кабинки и тихо простонала:

— Отлично. Просто отлично.

Вот теперь это официально, он не просто странный, он какой-то… стремный? Но и интересный, каким может быть интересный сюжет самой кринжовой книги, которую никак не получается бросить, потому что она постоянно чем-то удивляет.

Я быстро натянула новую блузку, уже не вникая, как она сидит, поправила волосы, глубоко вдохнула и выдохнула и вышла наружу с максимально возможным видом человека, у которого все под контролем. Хотя под контролем у меня сейчас был разве что новый наряд.

— Вот эту беру, — сказала я, проходя к кассе с оторванным ценником в руке, потому что продолжать примерку после такого опыта казалось уже чем-то из разряда психологических экспериментов.

Он, конечно, пошел за мной, но все так же молча. Может, это вообще единственный доступный ему режим, лишь изредка прерываемый дополнительными настройками?

У кассы я чуть отступила в сторону, кивнув на ценник, и на секунду задумалась, а не слишком ли я, в принципе, расслабилась, решив, что он сейчас все оплатит. Но, с другой стороны, человек сам предложил руку и сердце, так что блузка это даже не вступительный взнос.

Но он не двигался.

Я повернула голову:

— Это тот момент, когда вы платите.

Он на секунду завис, потом кивнул и полез в карман. И вот тут реальность снова решила добавить немного абсурда, потому что достал он не карту и даже не кошелек, а просто толстую пачку денег. Пачку пятитысячных купюр явно только-только из банка, если не прямиком из печатного станка.

Я ошеломленно моргнула, пытаясь понять, взаправду ли это.

Кассир тоже.

Он немного неловко перебрал купюры, не до конца понимая, сколько нужно, отсчитал примерно нужное количество и протянул их.

— Достаточно? — уточнил он.

— Более чем, — быстро ответила девушка за кассой, уже явно решив, что задавать вопросы не лучшая идея.

Он не стал забирать лишние купюры и сдачу сразу. Потом, повертев их в руке, похоже, решил, что это вообще лишняя операция, и просто оставил часть денег на стойке, словно они не имели никакого значения. Кассир потеряла дар речи и не рискнула забрать неожиданные чаевые, видимо, решив дождаться момента, когда мы уйдем.