— Я закончила со списком вопросов, — сказала она наконец.

— Я заметил.

— Вопросы, если что, не закончились, — она испытывающе посмотрела на меня. — Просто стало очень сложно объясняться текстом.

— Я понимаю.

— У меня есть еще вопросы.

— Хорошо, — согласился я, не желая ее перебивать.

Полина взяла кружку с чаем, подержала в руках, но не сделала и глотка.

— Ты когда уходил в прошлый раз — помнишь, что сказал в прихожей?

— Что отвечу на любой вопрос, который ты захочешь задать.

— Да. Ты это серьезно?

— Я не говорю вещей, которые не могу выполнить.

— Я знаю. Знаю… Не знаю, зачем спрашиваю, — она чуть помолчала. — Макс, почему ты выбрал именно этот способ рассказать? Купюры из крови — это было очень… очень показательно.

Я помедлил и задумался, прежде чем ответить. Не сказать, что я не знал ответа, а потому что хотел сформулировать его точно.

— Потому что слова в этом вопросе недостаточны. Ты аналитик. Ты работаешь с данными, которые можно проверить. Если бы я просто сказал — ты бы услышала, но не знала бы, что делать с этой информацией. Тебе нужен был факт.

Она смотрела на меня:

— И ты думаешь, что был правильный расчет?

— Ты здесь. Я здесь. Значит, да.

Она чуть опустила взгляд, потом снова подняла:

— Тебе не кажется, что это было немного жестоко? Ты пришел ко мне… Я думала мы просто проведем время вместе, а ты… все вот так, на моей кухне, без подготовки?

— Кажется, — сказал я. — Если бы был лучший способ, я бы выбрал его. Но мягкого варианта этого разговора не существует.

Полина долго молчала.

— Зато честно, — сказала она наконец.

— Да.

— Ладно, — она все-таки сделала неуверенный глоток чая. — Тогда следующий вопрос. Чего ты от меня хочешь?

Я мог бы ответить коротко. Мог бы дать точный ответ в одно предложение, потому что ответ я знал — знал уже давно, значительно раньше, чем был готов это признавать даже себе. Но она явно требовала полного ответа, не его сокращенной версии.

— В начале — выполнить условие, — сказал я. — Найти избранницу, получить согласие, вернуться. Это было единственной моей целью.

— Об условиях мы еще поговорим… А сейчас?

— Сейчас я хочу, чтобы ты на самом деле знала все. Не потому что условия моего мира этого требует — они по факту требуют только твоего согласия, не обязательно даже осознанного. А потому что ты заслуживаешь принимать решение, имея на руках всю информацию, — я замолчал, подбирая следующие слова. — И если ты не захочешь уйти в мой мир, я хочу остаться с тобой. За несколько месяцев здесь я обнаружил, что мысль о возвращении без тебя мне не нравится.

Полина долго смотрела на меня.