Так, мы сейчас немного до Нижнего не долетели и ушли направо. Значит, где-то под нами должна проходить железка на Арзамас, вот её бы не прозевать. Снизился до трёхсот метров по альтиметру, вперёд-вниз вглядываюсь, а что в такой темени увидишь? Эх, а в Казани нас вроде бы как ждут, обещали Второву полосу нужных нам размеров расчистить и для посадки подготовить, огнями обозначить. А мы идём Бог знает куда…

Так-то уже не видно ничего внизу, ни одного огонёчка не светится. День же, вроде бы как. Так и иду прямо, протянул руку за картой, чтобы ещё раз удостовериться в своих знаниях. Точно, не ошибся я, есть железка. Бросил карту Второву, толку сейчас с этой карты нет, не с чем сверяться. И штурвал одной рукой уже не удержать, приходится второй помогать.

Но иду пока по взятому курсу, в сторону не сворачиваю. Слева гряда уже не гряда, а сплошной фронт в нашу сторону идёт, несётся навстречу с курьерской скоростью. Понимаю умом, что кажется мне это, но глаза боятся — очень уж картинка перед нами вырисовывается страшная. Клубится чёрная мгла, так и завихряется, даже сполохи то и дело просверкивают. Чуть заметные, в силу ещё не вступившие, но от того не менее страшные. Жуть.

И садиться в такой темноте абы куда страшно. Если бы внизу хоть какие-то огни горели, хоть какой-никакой захудалый городишко обозначился, тогда я бы с превеликим удовольствием на главную площадь плюхнулся. А вот так… Нет, пока летим.

Ух, как колбасит, словно кто-то нас на зубок попробовал и мы ему понравились, по вкусу пришлись. Решил этот кто-то нами основательно подзакусить, принялся пережёвывать более активно. Затрясло, как будто по стиральной доске катишься. То вверх подбрасывает, то вниз с замиранием сердца кидает. А высота-то, высота! Высотомер словно с ума сошёл, стрелка то вниз крутится с бешеной скоростью, то точно так же круги вверх наматывает. Что такое триста метров при такой турбуленции? Ничего…

Ух, как подбрасывает! Да ещё и поддаёт снизу дополнительно. Да так сильно, что того и гляди позвоночник в трусы осыпется. И тут же вниз швыряет, да так, что сердце к горлу подкатывает. Я ладно, лишь бы аппарат выдержал, вон как скрипит планер, через грохот громовых раскатов слышно, как корёжит конструкцию.

Только что и смог себя похвалить за изобретённые парашюты и за то, что перед компаньоном бахвалиться бесшабашностью и удалью не стал, сразу на него и на себя подвесную нацепил. Так что если и развалится аппарат, то у нас есть приличный шанс в этом армагеддоне уцелеть.

Рога штурвала чуть ли не в обратную сторону приходится выкручивать, колонка рулевая по коленям бьёт, то в сидушку упирается, то в приборную доску, а толку чуть, самолёт во власти стихии находится. Но каким-то образом умудряюсь положение в пространстве сохранять и даже направление полёта выдерживаю. Приблизительное. А тут в довесок полыхать начало, молнии зазмеились вокруг самолёта. Сверкают так, что зажмуриваться приходится, чтобы не ослепнуть. И через зажмуренные веки видно, как чёрная мгла вокруг самолёта клубится. Грохот стоит такой, что сидушка подо мной от страха дрожит.