Ещё выстрел, и эта цель скручивается в подламывающихся коленях.

А теперь рывок вперёд, со сменой движений и направления. Качать маятник я не умею, но что-то подобное, дилетантское, стараюсь изобразить всеми силами. Здесь и такого не ждут.

Спасает меня от встречных залпов тот факт, что двери в избушках слишком тесные. Не выскочить им всем сразу из избушек и не прицелиться толком. Толкаются, мешают друг другу. В охране у Второва мужики здоровые, плечи широченные, да плюс в меховых одеждах все. Или уже не охрана, после такого язык не поворачивается их так называть, а просто бандиты.

Взмах левой рукой в сторону, туда же короткий наклон корпуса, шаг вправо — выстрел!

Ответная пуля дёргает левую подмышку, наклон корпуса вправо, шаг влево — выстрел. Кувырок вперёд, смена магазина, перекат влево — выстрел.

Сколько раз стреляли в меня, не считал, как не считал и свои попадания. Ноги работают, руки тоже, всё остальное потом. Узкую протоку, даже не протоку, а небольшую отмель между моей галечной косой и коренным берегом, образовавшуюся после сегодняшней ночи, преодолел за два длинных прыжка. Сразу же ушёл в сторону, сделал ещё два быстрых выстрела, поморщился от ударившей в плечо пули. Так ведь и убить могут.

Ближе подходить нельзя, попаду в слепую зону. И как быть? Быстрый взгляд на Второва — вроде бы живой, грудь вздымается. Глаза прикрыты, губы бледные. Не до тебя сейчас, дружище, прости, потерпи чуток.

Из дверей выкатывается колобком очередной охотник и наталкивается на пулю. Куда уж я умудряюсь попасть, не знаю, но кричит он знатно, на всю округу. Зато больше подобных желающих выскочить из избы нет.

Нельзя упускать такой шанс. Карабкаюсь по диагонали вверх по склону, цепляюсь левой рукой за какие-то редкие кустики, в правой наготове пистолет, держу под прицелом верхнюю кромку. Высовываюсь и сразу же для острастки стреляю в проём. Вскакиваю и подбегаю вплотную к стене. Вряд ли пуля будет способна пробить настолько толстые брёвна, но всё равно страшно.

Больше по мне пока никто не стрелял. Замер, пытаюсь отдышаться. Сколько их там осталось? Два домика, разделились они, надеюсь, поровну. В дальнем тишина, сидят они там смирно, наружу так никто не высунулся. В этой ситуации статус неясный, не враги, но и не друзья точно. Иначе бы помогли. Пусть сидят, буду держать дверь на прицеле. Вот только патронов у меня осталось — кот наплакал. Охо-хо. Но они-то об этом не знают.

Половину в первом домике я точно выбил. Выходит, нужно исходить из того, что там осталось ещё столько же. И что делать дальше?