— Пфф, — фыркнула миловидная девушка рядом. — Грубая сила. Никакого изящества. Вот у нас…

Будто услышав её слова, из прохода выступил брюнет с кучерявой шевелюрой. Серый камзол, высокие ботфорты. В отличие от предыдущих капитанов, он шёл лёгкой, элегантной походкой.

— Капитан команды Гранитного Института Основ Эфироборства — Артём Сардаров!

Трибуны гранитчиков запели песню, даже барабаны с флейтами достали. Вот же энтузиасты.

— Эта молодёжь всё более изобретательна с каждым годом! — присвистнул пожилой чиновник в дорогом сюртуке.

— Что вы хотите, мой друг, — отозвался сосед, поглаживая седые усы. — Гранитный Институт всегда славился своими традициями.

Последним на арену вышел подтянутый лысый курсант с серыми глазами. Синий мундир. Серебряная вышивка на нём выглядела скромнее, чем у других капитанов, но держался он с достоинством.

— Капитан команды Городской Академии Практической Эфирологии — Виталий Сорокин!

Трибуна курсантов Городской Академии отреагировала сдержанными, но искренними аплодисментами. В отличие от других секторов, здесь не было показного энтузиазма или эффектных представлений — просто поддержка своего капитана. Всё-таки большинство курсантов чувствовали себя неуютно. Если бы принимали участие каждый год, то давно привыкли бы, однако, выступая постольку-поскольку, неудивительно, что все сейчас не в своей тарелке. Все три курса на межакадемическом турнире впервые. Последний раз Академия Практической Эфирологии выступала ещё три года назад. А принимавшие участие курсанты выпустились в прошлом году.

— Бедняги, — с напускным сочувствием произнесла статная дама с нижних рядов. — Так редко приходят на турнир, и каждый раз уходят без единой победы. Вот что значит не иметь хорошей родословной.

— Сударыня, в боевых искусствах важно не происхождение, а талант, — возразил сидящий по соседству пожилой профессор. — А таланты могут появиться в любой академии.

— О, полно вам, профессор, — отмахнулась дама. — Все мы знаем, что Городская Академия — пристанище для тех, кто не смог попасть в настоящие учебные заведения.

Четверо капитанов выстроились перед императорской ложей. Григорий Михайлович Воронцов поднялся. Церемониймейстер же сделал жест рукой:

— Капитаны команд! К поднятию знамени турнира готовы!

Курсанты синхронно кивнули и повернулись к центральному флагштоку.

Архимагистр Воронцов оглядел их внимательным взором, затем гаркнул:

— Знамя — поднять!

И четыре пары рук вместе потянули за трос.

Вскоре над ареной заколыхалось великолепное полотнище. В центре красовалась эмблема турнира — в виде двуглавого орла, держащего в лапах щит и меч.