Он не помнил деталей. Только обрывки: её руки, её губы, её дыхание. Его собственное тело, которое предало его. Он пытался закрыться, отодвинуться, но мышцы не слушались. Афродизиак сделал своё дело — каждый нерв горел, каждое прикосновение отзывалось взрывом.
Когда всё кончилось, Роберт сидел на диване, глядя в одну точку. Рубашка была расстёгнута, штаны спущены. Он чувствовал себя грязным, сломленным, уничтоженным.
— Не переживай, — сказала Виктория, поправляя волосы. — Она не узнает.
— Ты чудовище.
— Я женщина, которая добивается своего.
Она села рядом, положила голову ему на плечо.
— Посиди со мной. Ещё немного.
Роберт закрыл глаза. В голове пульсировало одно имя: Ксения.
Она ворвалась в дом через час. Роберт услышал шаги в прихожей, потом голос — её голос, полный ярости и боли.
— Что здесь происходит?
Он поднял голову. Ксения стояла в дверях гостиной, бледная, с дрожащими руками. Её глаза смотрели на него, на Викторию, на его расстёгнутую рубашку.
— Ксения, это не то, что ты думаешь, — сказал он. Голос был чужим, хриплым.
— То, что ты видишь, — перебила Виктория, вставая. — Он пришёл ко мне сам. Мы выпили кофе, поговорили, и…
— Замолчи! — Ксения шагнула вперёд. — Ты подсыпала ему что-то. Я знаю.
— Докажи.
— Я не буду доказывать. Я убью тебя.
Роберт попытался встать, но ноги не держали. Он упал на колени.
— Ксения, прошу… выслушай…
— Потом, — сказала она, не глядя на него. — Сначала я разберусь с ней.
Она схватила со стола нож.
Глава 29. Расплата
Ксения не помнила, как пересекла комнату. Ноги несли её сами, будто кто-то другой управлял телом. Она видела только две фигуры — Роберта на диване, с расстёгнутой рубашкой, с красными глазами, и Викторию рядом, поправляющую волосы, улыбающуюся победно.
В руке Ксения сжимала нож для фруктов — длинный, острый, с деревянной рукояткой. Она не помнила, когда взяла его. Может, со стола. Может, он сам прыгнул в ладонь.
— Что здесь происходит? — спросила она. Голос был чужим, холодным.
— То, что ты видишь, — Виктория шагнула в сторону, открывая обзор. — Он пришёл ко мне сам. Мы выпили кофе, поговорили, и…
— Замолчи.
— Не указывай мне.
Ксения перевела взгляд на Роберта. Он сидел, сжав край дивана, его лицо было бледным, зрачки расширены, дыхание частое. Он выглядел так, будто его только что выжали — потный, с мокрыми волосами, с красными пятнами на шее.
— Ксения, это не то, что ты думаешь, — сказал он. Голос прерывался, слова выходили хриплыми. — Она подсыпала мне… я не хотел… я пытался сопротивляться…
— Конечно, пытался, — усмехнулась Виктория. — Мужчины всегда пытаются. Особенно когда им приятно.