— Легче мне теперь точно не станет, — бурчу, скидывая конечности соседки с себя. — Ацтань, Шерри, просто не трогай меня, ладно? Дай жизни. Не до тебя.
За спиной потрясённое, с ноткой обиды молчание.
— Ладно, — тянет через время. — Хорошо, как скажешь. Не трогаю. Но если что, я рядом, и моя грудь для твоих слезливых соплей.
Бледно улыбаюсь и прикрываю ресницы: спасибо, Шерри...
— Ты на обед хоть пойдёшь?
При упоминании еды к горлу подкатывает тошнота. Неужели ранний токсикоз?! У-у-у, не хочу! Отрицательно мотаю головой. Господи, как же хорошо, что хоть занятий сегодня нет, а то я не в состоянии от слова совсем.
— Хорошо. Захвачу тебе из столовой что-нибудь, — хмуро ворчит Шерри.
Через полчаса Шерри уходит, а я медленно погружаюсь в лечебную дрёму.
Лефевро
На обед Анна не приходит. Хреновый звоночек. Зато прилетает сестрёнка, злая как сто тысяч чертей. Рычит на оккупировавших наш столик девчонок, тех сдувает торнадной волной — это сестрёнке, конечно, спасибо, самим от студенток отбрехаться не получалось, упорные, бля. Шерри угрожающе прищуривается, шлёпает по столу ладонями, нависая над офигевшими нами.
— Вы! — шипит рассерженной кошкой. — Упыри несчастные, вы что с моей Анной сделали?
Моментально подбираемся.
— А что с Анной?
— Ой, вот только не надо строить из себя святых да невинных! Почему Анна приплелась в комнату бледная как смерть в штукатурке со слезами на глазах, а? Вы чем её таким допекли?
Растерянно переглядываемся с Барро.
— Да ничем. Сами мало что понимаем.
Шерри садится за стол, повелевая командирским тоном:
— Рассказывайте, всё как на духу!
— Всё было в принципе нормально, нас с Кайденом первыми допросили, а вот во время допроса Анны случилось не пойми что: саму Анну будто кирпичом по темечку приложили, на отце не было лица, ректор орал так, что тряслись стены и экран не помог, Фейнс подпирал стену с растерянной мордой, а нам никто ничего конкретного не сказал. Мы пытались вызнать у ректора — тот только угрюмо отмахивался, Анна послала нас лесом и сказала, что видеть не хочет, а отец… — я мрачнею.
— Назвал нас идиотами и сказал, что он нас о чём-то просил и предупреждал, но в чём дело, мы так и не поняли. Решили Анну пока не трогать, а тебя вечером попытать, вы же подруги, наверняка она тебе что-то скажет, девочки любят делиться секретиками и трепать языками.
— Я тебе твой язык сейчас в жопу запихаю, Кайди, — ласково ворчит Шерри. — Мне Анна тоже ничего не сказала, послала в пешие дали и попросила не трогать.
За спиной сестры возникает Джент с подносом снеди.
— Что с Анной? Услышал ваш трёп краем уха. Что с моей сестрой?