— Ты уже вошёл.
— Я принёс тебе тёплого молока и печенье.
Ставит свою ношу на тумбу и неловко трёт шею.
— Прости за нашу с мамой острую реакцию, мы не ожидали такого поворота.
— Будто бы я ожидала, — ворчу. — Сделаю аборт — и конец истории.
— Энни, ну, зачем ты так? Нет, это, конечно, твоё право. Но ты подумай. Сделаешь — и обратного пути не будет. В любом случае мы с мамой примем любое твоё решение.
— Спасибо, Карлос.
— Уже не папа?
— Ты мега-папа, — отпускаю вялый смешок. — Я тоже сильно вас люблю.
— Отдыхай, кроха.
Вопреки пожеланиям дедди не уходит, стоит над душой.
— Что, папа Карло?
— Эм. Энни… Можно потрогать твой животик?
Глаза лезут на лоб, неуверенно задираю майку. Даже я ничего такого сама не делала. Папа с умилением гладит моё брюхо и тихо уходит. Неловко притрагиваясь к животу, сначала кончиками пальцев, а затем и ладонью, и сердце наполняет такая чёртова нежность, что становится страшно.
Глава 55
До лечебницы иду пешком, доктор сказал: свежий воздух очень полезен для моего здоровья и здоровья Виноградинки (это я так ребёнка своего обозвала), а сегодня у нас УЗИ. Каюсь, этим утром на аборт я тоже сходила, точнее, на этот этаж: посидела в очереди, поглазела, с какими лицами девочки ходят на чистку, это я о тех, кто малыша потерял, — душа кровью обливалась от горя несчастных матерей. Повторно каюсь: я сбежала.
Скрининг у меня стоит на два часа позже, так что я решаю по городу погулять, напитаться солнцем и воздухом, но, кроме унылости и выхлопных газов, ничем иным не напитываюсь, настроение немножко ухудшается.
Подлечиваюсь вкусным чаем с шоколадным круассаном в кафе, ну, и припираюсь к кабинету немного раньше своего времени, занимаю немноголюдную очередь, вместе со мной всего четыре человека. Сидим. Через минут десять из нужного мне кабинета вылетает заплаканная девушка, орёт узисту, чтобы они шли лесом со своими диагнозами, и плюхается рядом со мной, сморкается в салфетку и льёт горючие слёзы. Женщины опасливо косятся, одна из них заползает в кабинет после горюющей девчонки. Лезу к себе в сумку и протягиваю пачку бумажных салфеток незнакомке.
— Спасибо, — хнычет она, смачно сморкаясь.
Затем достаёт телефон и набирает кому-то, а дальше всё отделение становится свидетелем настоящей мини-трагедии.
— Любимый, привет. Диагноз подтвердился, я бесплодна. Что? Ну, вот так. Какой-то жесткий поликистоз яичников… Я знаю, что ты не понимаешь в этих диагнозах.
Она слушает, что ей говорит мужик, и бледнеет. Я тоже слышу — и от гнева на этого мужлана у меня чешутся кулаки.
— В каком смысле домой я могу не приходить? То есть ты собрал уже мои вещи? Что?! Ты подаёшь на развод потому, что я пустоцвет? Ах ты! Сам ты попугай, осёл плешивый. Ненавижу!!!!