Твою мать, что началось? Вот только пиздец был ещё впереди — со спины нас окликает Эрик.
— Анна, подожди, пожалуйста.
Удивлённо останавливаюсь, Дрейк озадаченно смотрит на приближающегося Стенрайда, а в руках у нашего синтетического маньяка сборный букет из роз и незнакомых мне мелких цветочков, под мышкой коробка, похоже, конфет.
Стенрайд равняется с нами, кивает посмурневшему Дрейку, тот шипит:
— Осмелился всё-таки.
Эрик друга игнорирует, прочищает горло и протягивает мне букет.
— Анна, я очень перед тобой виноват и до сих пор простить себя за тот случай не могу, ты снишься мне, Анна, мне кажется, я тобой заболел. Прими в дар этот скромный букет и конфеты! Скажи, ты сможешь меня простить?
— Да простила уже, — лепечу и брать цветы не спешу, меня вот это всё вообще немного напрягает, а аперфайн в заднем кармане джинсов провибрировал уже всю задницу похлеще вибратора.
Обескураженно смотрю, как сошедший-с-ума-маг Стенрайд опускается на колени, преданно заглядывает в мои ошалелые глаза и выдыхает:
— Анна, я очень рад, что ты меня простила, очень. Будьте моей девушкой, леди Эварт.
Занавес.
Мы с Дрейком молчим. Жужжит муха над головой. Шуршит в кустах. Это наверняка фан-клуб говнюков развлекается. Мы с Дрейком всё ещё молчим, выпав в осадок. Он не выдерживает первым.
— Эрик, ты дури перекурил? Ты же сам говорил: тебе не понравилась Анна.
— После того, как ты сказал, что на неё не претендуешь, и я две ночи слушал, как ты трахаешь в комнате баб, передумал и решил попробовать самому подкатить. Анна классная, и мне очень нравится.
— Что ты несёшь? Анна, не слушай его. Я не…
Раздаются громкие хлопки. От стены отлепляются две тени, и к нам дементорами чешут Биба и Боба с озверевшими рожами. Из кустов будто слышится: «Драке быть!»
— Как мило.
— Что здесь происходит? Кто-то раззявил пасть на запретный плод?
— С каких пор Анна — запретный плод?
— С её поступления в Терру.
— А Анна об этом знает?
— Так! — реву, впихивая в руки опешившего Дрейка букет. — Анна вообще-то здесь. А вы, все вчетвером, на хрен! Я не ваша собственность и ни чья бы то ни было, ясно? Так что на хрен, мальчики.
Сую руки в карманы и припускаю, из ушей валит пар. Обнаглели в конец! Я успеваю дойти до полигонов, как за спиной слышу топот, обернувшись, взвизгиваю — земля резко меняет положение, и я, охнув, лечу на плечо злобного Кайдена, рядом с ушлёпком пристраивается довольно второй. Скоты. Два подбитых другими скотами скота.
Глава 26
Вишу блинчиком на маговском плече, впереди виднеются коттеджные домики. Вишу и ворчу про себя. Идиоты утырошные. Я бы подумала, что Мэрно со Стенрайдом отбили им весь мозг, но у этих индивидуумов мозгов отродясь не имелось, у них там вместо серого вещества белое вязкое. Устаю висеть, живот вон уже иголочками колет. Две минуты поиграла в послушную девочку, и хватит.