Вибрация в воздухе достигла крещендо. Низкий гул превратился в пронзительный, почти ультразвуковой визг, который сверлил мозг и давил на барабанные перепонки. Маг заканчивал. Я это не просто знал — я это чувствовал. Казалось, сам лес затаил дыхание в ожидании развязки. И она наступила.

— НАШЁЛ!

Торжествующий, полный ядовитого триумфа крик на певучем эльфийском языке разорвал шум боя. Он прозвучал так, будто маг стоял у меня за спиной. В то же мгновение фиолетовое свечение вокруг «черепахи» взорвалось невидимой волной, прокатившейся по лесу. Это не был физический удар, но я ощутил его как ледяное прикосновение к затылку. Нас обнаружили.

Маг резко вскинул руку, указывая посохом из чёрного дерева точно на нашу позицию. Навершие посоха вспыхнуло зловещим светом.

— Они там! Уничтожить!

Его команда была как удар хлыста. В ту же секунду на наш склон обрушился ад. Это был уже не беспорядочный обстрел. Это был прицельный, концентрированный огонь. Два десятка луков ударили одновременно. Стрелы впивались в деревья, в землю, в стволы папоротника вокруг нас, превращая наш зелёный уголок в подушечку для иголок. Я вжался в землю так, что, казалось, пытался прорасти сквозь неё корнями. Кора и щепки сыпались на меня дождём.

Одновременно с этим в нашу сторону полетели заклинания. Это была не высшая магия, а скорее то, что можно было сотворить быстро и без долгой подготовки, буквально на коленке. Сгустки тьмы, похожие на шаровые молнии, с треском врезались в стволы деревьев, оставляя дымящиеся, обугленные раны. Один такой шар ударил в толстый дуб, за которым лежал Густав. Дерево содрогнулось, кора обуглилась и отвалилась пластами, но ствол выдержал.

— Крепкий орешек! — прорычал орк, стряхивая с плеча тлеющие угли. — Но в следующий раз может и не повезти!

Один из новобранцев, молодой парень по имени Лео, вскрикнул от боли. Он лежал всего в паре метров от меня. Я скосил на него глаза. Шальной осколок дерева, отколовшийся от удара заклинания, рассёк ему щеку до кости. Кровь заливала лицо, но он, стиснув зубы, продолжал перезаряжать винтовку. Хороший парень. Если выживет, из него выйдет отличный боец.

— Не прекращать огонь! — прорычал я, игнорируя свист над головой. Паника сейчас была равносильна самоубийству. — Отвечать! Заставьте их заплатить за каждую стрелу!

Я поймал в прицел эльфа, который, воодушевившись, высунулся из-за укрытия, чтобы лучше прицелиться. Мой выстрел оборвал его жизнь, он рухнул, так и не выпустив стрелу. Мы огрызались. Мы показывали, что ещё живы. Но это была агония. Нас просто давили числом и огневой мощью.