— Взвод делается через спусковой крючок? — предположил Рональд, который уже сталкивался с подобной неудобной конструкцией, где взвод совершался спусковым крючком.

— Нет…

— Нет?

— Нет, Рон, нет… — повторил старый касадор. — А если и делается, то очень легко. Я стрелял из него… В него влезают обычные патроны калибра 25.

— И? — Рональд не выдержал воцарившейся тишины, когда Старик замолчал на какое-то время.

— Что «и»? И просто стреляешь! — тот покачал седой головой. — Спусковой крючок сам возвращается на место…

— Дуло слишком широкое! — заметил Рональд, разглядывая оружие. — Вот тут, снизу, видишь?

— Тоже об этом думал… — согласился Старик. — Но как всё работает?

— Откуда оружие? — спросил Рональд.

— От захваченной группы вадсомадов, — вздохнул Старик. — У пятерых человек были такие игрушки. По виду, совсем новенькие. И ещё…

— Что ещё? — нетерпеливо уточнил Рональд.

— Они искали нас с тобой, старина… — сказал Старик и в повисшей тишине продолжил. — Может, к чертям это стадо?

— Люди не поймут… — Рональд мрачно покачал головой. — Мы ведь номад, и нам надо ловить стада роллфельдов, Старик.

— Надо было перебираться на север, — Старик покачал головой. — Надо было…

— Надо было! — перебил его Рональд. — Но мы не могли! Люди устали, старина! Им нужен был отдых!..

— Или мы с тобой потеряли хватку! — горько бросил Старик.

— Может быть… Может быть, и так, — согласился Рональд. — Но тогда нас скоро убьют. Потеря хватки для нас всегда равносильна смерти.

— Не хотелось бы…

— А тебе, старина, я бы посоветовал принять твой пузырёк с Пылью Эрфы! — заметил Рональд. — Если всё так, как думает Святоша, то молодость тебе очень скоро понадобится.

— Ты прав… Сто раз прав! — согласился Старик. — Сегодня перед сном и приму. Рано мне ещё на тот свет… Дан слишком молод, невоздержан. Пока на ноги не встанет, не могу я его бросить.

— Вот и прими! — хмуро бросил глава номада. — А завтра мы едем к стаду, старина. Если всё сложится, то мы уйдём отсюда туда, где нас ещё долго не достанут.

Он замотал револьвер в тряпицу и сунул его обратно в руки Старику. Затем Рональд поднялся и направился к своему фургону, где его всё ещё ожидали дела номада. А его друг ещё долго сидел перед погасшим костром и разминал по привычке поясницу.

Рыжие сумерки плавно сменились темнотой ночи, и холодный ветер подул с равнин, пробирая до костей. Старик устало вздохнул, поднялся на ноги и отправился домой.

Когда он пришёл в фургон, Дан уже спал. Старик тихо, чтобы не разбудить парня, залез в свой шкаф, достал оттуда маленькую шкатулку и открыл её ключом, который всегда был при нём. Внутри лежали ценные вещи — правда, большая часть из них имела ценность только в его глазах.