— А вот так, — пожав плечами, ответил Дан. — Касадоров у номада нет, а предводителя никто не признаёт…

— Дан, но ты же можешь стать предводителем! — напомнила ему Миранда.

— Не хочу, — ответил Дан. — Два дня назад я бы принял это как честь. Но сейчас…

Он с отвращением посмотрел на Стивена, а затем на стоящих перед ним людей.

— Тех, кому я мог бы доверять, здесь почти не осталось, — сказал он. — А доверять вам я не могу. Так что путь ваш лежит в ближайший посёлок…

— Я не собираюсь ехать в посёлок! — гордо крикнула Миранда, и из толпы донеслись одобрительные возгласы. — Если уж на то пошло , то я одна с детьми доберусь до собрания самфуна!..

— На чём? — полюбопытствовал Дан с живым интересом.

— Уж не угрожаешь ли ты мне, Дан Старган? — зашипела Миранда, сверкнув глазами. — Хочешь присвоить мой фургон?!

— Фургон-то не твой, — возразил Дан и усмехнулся. — Фургон тебе выдал номад… Я даже отлично помню, когда и как это было.

Дан повернулся к своим и приказал:

— Выводите фургон Миранды из колонны!

— Что вы делаете?! — возмущённо вскрикнула женщина, сделав шаг вперёд, но остановилась, когда ей в лоб упёрлось дуло револьвера.

Дан взвёл курок и очень тихо, но отчётливо и проникновенно произнёс:

— Миранда, здесь Марчелика. И это опасное место. Когда тебя спасли от вадсомадов, тебя почти изнасиловали… А твои дети, — Старган указал свободной рукой на девушку лет шестнадцати и паренька лет двенадцати, — чудом остались живы… Твой муж и его брат в тот день умерли от рук бандитов. И если ты по-прежнему считаешь, что имеешь право идти против вооружённого касадора, то я, так и быть, признаю за тобой это право…

Женщина сглотнула и сделала шаг назад. Мигель и Пётр, выводившие её фургон из колонны, как раз закончили распрягать воллов и позволили им спокойно вернуться к номаду. Животные неспешно затрусили назад, к своим. А Мигель достал из-за пояса факел и чиркнул спичкой о каблук. После чего запалил промасленную ткань и принялся поджигать фургон.

— Не-е-е-т! — закричала Миранда, упав на колени, и повернулась к Дану. — Что же ты делаешь, ирод?! Ты что творишь?! Там же вещи… Там память! Прекрати!..

— Миранда! — протянув руку, Дан схватил женщину за подбородок и произнёс. — Нет там никаких твоих вещей! Нет никакой памяти! Всё это ты уже потеряла в тот день, когда тебя подобрал номад! Всего этого нет! А ты радуйся! Радуйся, Миранда! Потому что ты жива, и дети твои живы!

Фургон заполыхал. Особенно сильно полыхнуло, когда об его стену разбили бутылку с маслом. Это был огромный костёр, в котором сгорал номад Айвери…