— Если сегодня ляжешь спать вовремя, а перед сном позовёшь Мари Энн, то я обязательно загляну в твоё сновидение — и мы покатаемся на драконе.
— Обещаешь? — малышка доверчиво протянула мизинчик, предлагая закрепить сделку.
— Слово волшебницы, — заверила Мариана, пожимая крошечный пальчик, и в тот же миг глаза её из чёрных превратились в яркие лиловые, а мрачная аура растаяла без следа, будто бы волшебное превращение завершилось.
— Мама, мамочка, пойдём спать! Я хочу покататься на даконе! — пискнула Шарлота и шустрым котёнком метнулась к королеве.
Иоланта поймала дочку, подняла на руки, но обеспокоенный взгляд скользил по фигуре в чёрном платье.
— Идите отдыхать! Дворец снова безопасен, — распорядился король, затем взглянул на истрийцев. — Я хочу попросить об одолжении. Нужно заковать преступницу в кандалы и увести в подземелья до вынесения приговора.
Истрийцы покосились куда-то в сторону дракона, и только сейчас король узрел там князя Александра. Истрийский владетель кивком подтвердил приказ, а сам бережно закутал Вержану в свой плащ и нагло обнял, так ещё и заулыбался, будто витанская принцесса уже ему принадлежит.
Король вздохнул и перевёл взгляд на Мариану, но сказать ничего не успел.
— Я ухожу…
— Что, куда?
— Отныне я полукровка — Мари Энн и не могу занимать прежнее положение. Магию не спрятать, если меня увидят — это подорвёт репутацию королевской семьи, и никто из принцесс не сможет выйти замуж…
Король красноречиво покосился за спину Марианы — там ведь не только истрийский владетель стоял, там ещё и принц Рикардо обнаружился, и не где-нибудь, а рядом с Агнес. А за младшенькой Люсией маячил вездесущий наследник герцога Блэкстоун — эту рыжую шевелюру король где-угодно узнает, второго такого проныры во всём дворце не сыскать.
— Мариана, мы вместе решим этот…
— Решение уже принято, отец. Это мой выбор, а Эмилио — мой жених… И мне больше не нужно одобрение.
— Но…
— Отец, я многие годы была пленницей во дворце, я ненавижу статус принцессы, а вся эта роскошь давит, сводит с ума и напоминает о самых чёрных днях в моей жизни. Я хочу оставить всё это позади… — она повернулась к Эмилио, взяла его за руку и улыбнулась искренне, честно и спокойно. — С ним я повсюду буду свободна, как вольный ветер, и возможно… когда-нибудь я смогу стать счастливой. Не пытайся удержать меня… Просто прими мой выбор.
Король сцепил зубы — вся его суть твердила: это неправильно, это ошибка. Нельзя такого допустить. Мариана должна…
На последнем он себя оборвал. Нет, его дочери никому ничего не должны. Король улыбнулся через силу, поглядел на свою красавицу-повзрослевшую дочь, коснулся её тёплой щеки, потом взглянул на графа Эмилио.