— Ты говорил, что отзовёшь делегацию… Что не будешь давить?
Он чуть не споткнулся, а следом еще крепче прижал меня к себе.
И молчит!
Да что ты будешь делать! Неужели вся эта канитель с замужеством продолжится? А как же учёба? Как же мои мечты и планы? Я… я не готова отказаться от всего этого… Даже ради Сандра.
Следом становится страшно до одури. Князь — это не папенька, он куда сильнее и влиятельнее. Он даже высших фейри заставил подчиняться. И витанского короля, если захочет, тоже заставит. А мне что делать? Уповать на его доброту? Или надеяться на снисходительность? Если я выйду за него, разве он меня отпустит на учёбу? Разве он позволит заниматься любимым делом… Рик вон тоже много чего говорил, но один вопрос о практике быстро расставил всё по местам.
Я боюсь — просто до безумия боюсь оказаться в той же ловушке, что и мама. Высокий титул, золотая клетка в виде бесконечных правил вперемешку с обязанностями — и ни грамма для себя… Пальцы сжимаются в кулаки, а страх парализует.
— Малыш, ты задаёшь такие сложные вопросы… — выдохнул Сандр — честно и практически шёпотом. — Обещаю, мы обо всём поговорим. Всё обсудим… Как только поднимемся в твою башню. А пока… Обними меня и держись покрепче — а то коридоры в вашем дворце какие-то тесные…
Обнять? Сердце сбилось с ритма.
Мне всё еще страшно, по телу невольно пробегает дрожь, но глубоко в душе мне и правда хочется его обнять. До безумия, до крика… Прижаться к сильному плечу, за которым и волшебный шторм не страшен — как тогда в лесу. Ощутить его тепло и спокойствие.
И вот он здесь, в реальности, живой, и пахнет так, что крышу сносит.
Кладу ладонь на его плечи — Сандр горячий, как растопленная печь. Приятно. А плечи… Да они ж у него безбожно широкие.
Провожу ладонями вверх, знакомлюсь с ним в реальности. И сердце в груди барабанную дробь отбивает — вот же неугомонное. Мне нравится всё, что вижу и к чему прикасаюсь, но одновременно мне дико страшно потерять себя рядом с таким могущественным и взрослым мужчиной.
Рывок — это Сандр привлёк меня к себе, так близко, что наши глаза практически оказались на одном уровне, а я ощутила его дыхание на своём лице.
— Вержи, ты дрожишь… Неужели ты меня боишься? — и глаза настороженные, будто от моего ответа всё полетит кувырком.
Мотнула головой, а потом честно шепнула:
— Нет, я себя боюсь… — щёки полыхают от смущения, я разговариваю о чувствах с мужчиной. Голос срывается от волнения, но с кем еще свои переживания обсуждать? Ну не с Добриэлем же… Облизываю губы и выдыхаю: — То наваждение… в заброшенном жилище… Помнишь?