Я стою на верхней ступеньке, играет гимн, и позволяю себе почувствовать это. Победа на второй скорости. Спина к спине. Лидер в супергиганте. Кайф присутствует, резкий, мальчишеский и настоящий, но он не выбивает меня из колеи, как Бивер-Крик. На этот раз я ожидал этого. На этот раз я заработал это без нездорового риска и чудом приземлился. На этот раз это похоже на мое.

Трофей тяжелый и холодный в моих руках. Я улыбаюсь в камеры, обнимаю швейцарского парня на втором кадре и машу толпе. Я открываю шампанское как профессионал, как будто делал это тысячу раз, и мы обрызгиваем друг друга, как идиоты, сладкая жидкость прилипает к моему горлышку, когда мы чокаемся бутылками и делаем глоток. Толпа ревет от нашего маленького шоу, и я поднимаю к ним свою бутылку.

Впервые я чувствую, что мое место здесь, на вершине пьедестала почета.

Вернувшись в столовую нашего отеля, я, наконец, беру свой телефон обратно.

Экран загорается, как игровой автомат. Групповой чат команды взрывается огненными смайликами и гифками с шампанским. Голосовая записка от моей мамы, которая, вероятно, снова плачет счастливыми слезами. Сообщение моего отца короткое: твердое. Чистое. Так держать. Три сообщения от представителя Eiswerk, одно от моего фан-клуба и одно от какого-то энергетического напитка, на который я даже не помню, подписан.

Я прокручиваю все это, полуулыбаясь, на самом деле не читая.

Я ищу одно имя и ненавижу себя за это.

Ничего.

Моя челюсть сжимается.

Она смотрела "Бивер Крик". Она написала мне после. И что сейчас? Две победы на скорости подряд, и женщина, которая заставила меня отказаться от секса в коридоре отеля, не может сказать ни слова. Даже ленивого "Поздравляю" не было.

Я засовываю телефон в карман, затем вытаскиваю его обратно тридцать секунд спустя, как идиотка.

Раздражение обжигает мне ребра.

Я почти чувствую ее руки на себе, то, как она шепчет что-то непристойное по-французски мне в шею, то, как она превращает победу в прелюдию.

Мой телефон жужжит.

Я проверяю его слишком быстро.

Это Мартин.

Не будь странным.

Я поднимаю глаза и вижу, что он наблюдает за мной с насмешливым выражением лица.

“Кого бы ты ни проверял, трахни ее”, - говорит Мартин, прислоняясь к дверному косяку со скрещенными руками и ухмылкой на лице. “Тебе нужно потрахаться, приятель. Там полно фанатов, которые готовы стать добровольцами ”.

Я выдавливаю из себя улыбку, легкую и непринужденную. “ Не могу. Завтра спуск.

Он поднимает бровь. - С каких это пор тебя волнуют правила?

- В какой-то момент мне пришлось повзрослеть, - говорю я, протискиваясь мимо него в коридор.