Я не принадлежу ему, чтобы меня забирать. Я отталкиваюсь, щелкая бедрами, прижимаясь задницей к его тазу, забирая контроль. Мой позвоночник выгибается. Я двигаю бедрами непристойно-медленно, втягивая его глубже, чувствуя, как каждый толстый дюйм раскрывает меня. Он заикается, хватка на моей талии ослабевает, вместо этого руки хватаются за полки по обе стороны от меня, ободряя, уступая. Позволяя мне трахнуть его.

“ Черт, ” хрипит он, разбитый, прижимаясь лбом к моей лопатке. “Идеально. Оседлать эту идеальную задницу, пока ты трахаешь меня в ответ, как будто она твоя собственность”.

Это чистое животное, края полки оставляют полумесяцы на моих ладонях, пары моющего средства обжигают мои носовые пазухи, его дыхание обжигает мою шею, как клеймо. Пот стекает у меня между лопаток. Его язык следует за каждой каплей на моей шее. Мои бедра дрожат, по внутренней стороне колена стекает жидкость. Спираль в моем естестве лопается. Я кончаю, выкрикивая его имя, порочная и разбитая, стены сжимают его член, как кулак, хлещут вокруг него.

“Вот так”, - торжествующе рычит он, чувствуя, как я дою его, покачивая бедрами, когда он добивается этого. “Знал, что эта жадная пизда сломается первой. Возьми это”.

Еще два яростных толчка, бедра ударяются так сильно, что у меня стучат зубы, затем он сдается, простонав мое имя, как молитву и проклятие, член горячо пульсирует внутри латекса. Но когда он преодолевает последние жестокие волны, погружаясь все глубже, его рот находит мою шею, не кусая, а целуя. Рот приоткрыт, благоговейный. Дыхание сбивается.

“ Так чертовски хорошо, ” сокрушенно шепчет он, нежно касаясь губами моего пульса. - Не отгораживайся от меня снова.

Я поворачиваюсь ровно настолько, чтобы коснуться губами его уха, голос против моей воли становится хриплым и нежным. - Не заставляй меня.

Три судорожных удара сердца, все еще сцепленных вместе, капли пота, грудь вздымается, химическая вонь густая, как послесвечение. Его лоб касается моего плеча. Мои пальцы сжимаются в судорогах от разорванного металла.

На мгновение мы просто зависаем, сцепившись друг с другом, сердца пытаются вырваться из наших грудей.

Затем его вес уменьшается. Он выскальзывает из меня, отступает назад, одна рука опирается на полку, другая все еще на моем бедре, как будто он не хочет отпускать меня.

Я отталкиваю его руку и подтягиваю леггинсы обратно пальцами, которые, как мне кажется, мне не принадлежат. Резинка впивается в талию. Моя юбка криво ниспадает на бедра. Когда я разглаживаю пальто, на рукаве остается серая полоса пыли, а к волосам прилипает острый химический запах моющего средства.