Это похоже на улику. Доказательство того, что этому не место ни в одной из тех жизней, которыми я должен жить.

Он стаскивает презерватив, завязывает его, выбрасывает в корзину, затем стягивает с себя тренировочные штаны, все еще неровно дыша. На секунду кажется, что он может прислониться к двери и съехать по ней вниз. Вместо этого он выпрямляется, проводит рукой по лицу и смотрит на меня.

— Элиза...

- Нет. ” Я не оборачиваюсь. Я кладу ладони на холодный металл полки, расправляю плечи. - Мы не... разговариваем после, помнишь?

Он невесело вздыхает. “ Мы тоже никогда раньше не разговаривали. Ты просто появляешься, поджигаешь все и исчезаешь”.

Затем я медленно поворачиваюсь. Его волосы растрепаны, толстовка перекошена, подбородок уже потемнел в том месте, куда угодила моя рука. Он выглядит разбитым и незаслуженно красивым.

“ Ты не можешь просто продолжать исчезать, когда я... — Он замолкает, двигая челюстью, отводя глаза, как будто слов слишком много. “Когда я действительно попытаюсь с тобой”.

Пустота в моей груди пульсирует. Я целюсь в нее.

“Это все, что есть, Нико”. Мой голос звучит резче, чем я намеревалась. - Ты знал это.

Это должно звучать жестоко и чисто. Это не так. Последнее слово трескается, совсем чуть-чуть, как тонкий лед под тяжестью.

Его взгляд возвращается к моему.

- Трусиха, - тихо говорит он.

К моим щекам приливает жар. - Что, простите?

“ Ты слышал меня. ” Он подходит ближе, но не настолько, чтобы коснуться, достаточно, чтобы мне пришлось вздернуть подбородок. “ Ты скорее ударишь меня словами, чем признаешь, что напуган. Ты трахаешь меня в чулане для метел, но Боже упаси, если ты действительно чего-то хочешь.

“Не подвергай меня психоанализу”, - выплевываю я. “У тебя нет ничего, кроме нервов, эго и пары быстрых ног. Тебе нужна принцесса, с которой ты сможешь дефилировать, когда тебе это будет удобно”.

Он хрипло смеется. “Если бы все, что мне было нужно, - это тело, у меня уже была бы дюжина тех, кто не приходит с охраной”.

“Тогда, во что бы то ни стало, - говорю я, разводя руками, - иди и найди его. Я не буду тебя останавливать”.

“ В этом весь смысл, не так ли? он стреляет в ответ. “ Ты никогда никого не останавливаешь. Ты никогда не остаешься. Ты просто беги”.

Слова попадают в цель, потому что они правдивы. Потому что они звучат как у моего отца, когда он устает притворяться, что я его не разочаровываю.

На секунду я чуть не делаю то, что делаю всегда: поворачиваюсь, выхожу, хлопаю дверью в столовой.

Моя рука даже находит ручку.

Но мои пальцы не сжимаются вокруг нее.