Я тогда спросила, считает ли она меня личным счастьем сына или проблемой рода.

Она не ответила.

Теперь ответ уже был не нужен.

Адриан нахмурился.

— Мама, что ты здесь делаешь?

— Жду вас.

— Почему не предупредила?

— Потому что ты бы сказал не приезжать.

— Именно.

Она посмотрела на меня.

— Ливия, мне нужно поговорить.

— О чем?

— О том, что происходит с печатью Ревалей.

Я почувствовала, как внутри снова появляется профессиональная осторожность.

— Если у вас есть сведения по делу, лучше передать их через Королевскую Палату.

Эстелла сжала губы.

— Я не участница преступления.

— Я этого не сказала.

— Но подумала.

— Я пока вообще не знаю, было ли преступление организовано в доме Реваль.

Она посмотрела на сына.

— Ты ей ничего не объяснил?

Адриан стал жестче.

— Что именно я должен был объяснить?

— Что наш дом никогда не использовал жизненные клятвы без согласия.

— Ты уверена?

Эстелла замолчала.

Я сразу услышала разницу.

Не «знаю».

«Уверена».

— Откуда? — спросила я.

Она посмотрела на меня.

— Потому что я прожила в этом доме тридцать семь лет.

— Это не ответ.

Эстелла явно не привыкла к тому, что я разговариваю с ней так.

В браке я спорила, но чаще старалась смягчать разговор ради Адриана и дома.

Сейчас такой обязанности не было.

— Я знала внутренние правила, — сказала она.

— Видели технические шаблоны брачных печатей?

— Нет. Ими занимается Палата Огненных Союзов.

— Ежегодные обновления?

— Их проводили утвержденные мастера.

— Из той же Палаты.

Эстелла побледнела.

Адриан вмешался:

— Мама, если ты пришла защищать дом словами «такого не могло быть», это бесполезно. Скрытый слой уже найден.

Она повернулась к нему.

— Я знаю.

— Откуда?

— Совет дома получил уведомление.

— Какое именно?

— Что Королевская Палата открыла углубленный аудит брачной структуры главы.

Адриан закрыл глаза.

— Конечно.

Эстелла продолжила:

— Старшие требуют объяснения. Они хотят знать, собираешься ли ты возвращать ресурс.

— Если он принадлежит Ливии — да.

Она посмотрела на меня.

Потом снова на сына.

— Полностью?

— Полностью.

— Ты понимаешь, что это может сделать с твоим ядром?

— Только что объяснили.

Эстелла стала еще бледнее.

— И все равно?

Адриан ответил спокойно:

— Это ее жизнь.

— Но восточная охрана...

— Не начинай.

Я смотрела на них.

Вот здесь конфликт становился шире брака.

Для Эстеллы семь единиц уже переставали быть только моими годами.

Они становились частью силы главы дома.

Частью безопасности региона.

Частью привычного порядка.

И именно это было опасно.

— Госпожа Реваль, — сказала я. — Совет дома знает, откуда взялся ресурс?

Эстелла повернулась.

— Только что существует спорный жизненный контур.