— Что там у вас? — Глеб говорил шепотом.

— Суди сам. — Поликарпов сдвинул в сторону прислоненный к стене автомобильный капот, и из отверстия в кирпичной кладке потянуло таким смрадом, что Чужинов невольно отшатнулся.

— Случайно обнаружил, — также шепотом начал было объяснять Егор, но Глеб нетерпеливо от него отмахнулся. Сейчас подробности не столь важны: главное — нашел.

«Как же нам повезло, что твари не обнаружили нас первыми. Мы же нисколько не старались соблюдать тишину. Иной раз от хохота стены дрожали».

— Что будем делать? — Все дружно смотрели на Чужинова.

— Уходим, что же еще? Семен, Егор, быстро наверх за рюкзаками!

«Не пропадем. Понадобится, веревку для связки используем. Главное — успеть удалиться как можно дальше на тот случай, если твари все же проснутся, чтобы они не смогли взять след».

И тут в висках кольнуло. Причем с такой силой, что Чужинов едва не прижал к ним ладони.

«Просыпаются? — лихорадочно размышлял Глеб. — Но с чего бы вдруг? А если их будят намеренно! — Он вздрогнул от внезапно пришедшей мысли и от того, что в висках снова заломило так, что он едва смог сдержать стон. — И в этом случае далеко нам уйти не удастся».

— Глеб! — В голосе Войтова чувствовалось нетерпение. — Чего медлим?

Чужинов лишь отмахнулся: решение должно быть единственно правильным, потом ничего уже не переиграешь. В висках кольнуло в очередной раз.

— Что за стеной?

— Да черт его знает. Вроде пристройка какая-то, — дернул плечом Прокоп, встревоженный не меньше других. Куда только делась его обычная невозмутимость?

Обычно твари залегают где-нибудь под землей: там, где им легче сохранить тепло. В подвалах, нижних ярусах складов, бомбоубежищах. А значит, под ногами должна быть полость. Непонятно откуда она там взялась, но то, что она есть, неоспоримо.

Глеб посмотрел на вагончик, на дверь цеха, высокую, двустворчатую, в которой оставалась широкая щель.

— Наверх, — скомандовал он.

— Чужак! — Рустам ясно давал понять, что лучшим решением будет убраться отсюда.

— Все наверх! — тоном, не допускающим возражений, повторил приказ Чужинов.

Первая тварь объявилась, когда они были на лестнице. А за ней еще и еще, еще и еще, и самой шустрой из них не хватило каких-то мгновений, чтобы добраться до Чужинова, поднимавшегося последним.

Он едва успел влететь в дверь, когда та со стуком захлопнулась, а вслед за этим последовал удар такой силы, что вагончик содрогнулся. Сама дверь представляла собой хлипкий дощатый массив, обитый снаружи жестью, засов изнутри был едва ли не символическим. Единственное ее достоинство — дверь открывалась наружу. И люди принялись лихорадочно ее баррикадировать. В ход пошло все, что хоть как-то могло создать преграду для беснующихся снаружи тварей.