— Жар костей не ломит, — возразил ему Поликарпов.

— А вошь тепло любит, — продолжил Денис. — Кстати, Чужак, праздничный ужин у нас завтра будет?

— По погоде, — ответил тот. — Если пурга к утру стихнет, двинем дальше. Нам каждый лишний день в пути и без всяких праздников расход продуктов. Ну а если же нет, сам бог велел.

«Нормальные парни подобрались, — размышлял он. — Уже которые сутки будто взаперти, и ни одной склоки, даже самой мелкой».

— Чувствую я, что нам в этой «хате» еще пару деньков париться, — заявил Денис. — Так что, Рома, готовься заранее: как и из чего праздничные закуски будешь сооружать. Ты вообще у нас мастер из дерьма конфеты делать.

Денис был прав: Крапивин действительно мог из самых немудреных продуктов соорудить такое, что остальные только диву давались. Несколько раз уже могли убедиться.

— Да не вопрос: придумаем что-нибудь, — кивнул Крапивин. — А если кто-нибудь вспомнит такой анекдот, который я не слышал, пока мы здесь находимся, еще и тортик сооружу. — Он ухмыльнулся, довольный, поскольку не рисковал ничем.

— Рома, ты — гад: знаешь, что загадать. — После всеобщего молчания первым сдался Денис. — Да, кстати, — и он рывком сел на нарах, сложенных из дверного полотна, брошенного на дюралюминиевые блоки от двигателей, благо подобного добра вокруг хватало, — запашок в дальнем углу цеха никому странным не показался?

За цехом возле забора находился на удивление отлично сохранившийся с прежних времен сортир, но говорил Дёня конечно же не о доносившихся оттуда ароматах. Которых, по случаю зимы, и быть не могло.

Снова помолчали.

— Есть как будто бы немного, — без всякой уверенности в голосе произнес Семен. — Но утверждать не стану.

— И мне вроде бы показалось, — сказал вслед за ним Егор. — Я как раз мимо проходил, и тут ветер ненадолго стих. Но не уверен.

— Я тоже что-то унюхал, — заявил Прокоп. — Как будто бы, — подумав, добавил он.

Переглянувшись, все как по команде уставились на Чужинова. Когда что-то кажется одному или даже двоим — это еще не факт, но когда нескольким… Есть повод призадуматься.

— Вот и я не уверен: есть, нету, — ответил Глеб. — И не смотрите на меня: не болит у меня голова. Вернее, болит, но по другому поводу: как бы отсюда выбраться поскорее. Неизвестно, сколько нам в Однинске торчать придется, а запас продуктов не бесконечен. И надежды, что сумеем там что-нибудь раздобыть, мало — не прежние времена.

Все единодушно согласились. У любого продукта есть срок годности, и зачастую он значительно больше, чем указано на упаковке, — все зависит от условий хранения. Глебу приходилось пробовать сгущенку с воинских складов, изготовленную еще в тридцатых годах прошлого века. Сгущенка как сгущенка, не хуже и не лучше нынешней, хотя ей едва ли не век. Но условия хранения у нее были идеальными, потому и не пропала. Чего не скажешь о продуктах, что остались с прежних времен, когда на земле не было никаких тварей. Летом — жара, зимой — морозы, и потому продукты, как правило, портились. Безусловно, вполне пригодные в пищу можно найти и сейчас, но заниматься этим нужно целенаправленно, а главное — знать, где искать. У них же задача совсем другая, и потому разве что им посчастливится случайно на такие наткнуться.