— Мы с ней говорили о трактовке Библии, — скромно потупил глаза Войтов.

— Да ты у нас Арамис оказывается! А с Оленькой на следующую ночь суры изучал?

Денис уже собрался что-то ответить и даже язвительно усмехнулся, когда Киреев неожиданно спросил:

— Глеб, в Хмырниках такие же письмена на стене были? Или рисунки — черт их разберет?

— Чем-то они схожи, но не более того. Правда, и от тех жуть брала.

Поликарпов кивнул, соглашаясь.

— Есть такое дело. И вообще, это что же получается? Твари на глазах умнеют, такими темпами скоро они и цивилизацию свою строить начнут.

— Цивилизацию каннибалов? Они же и друг друга жрут только в путь? — усомнился Киреев.

— У людей когда-то каннибализм тоже был самым обычным делом. Перестали же, за редким исключением? Вот и эти перестанут. Страшнее другое: судя по их ненависти к людям, нам в этой цивилизации места не будет. Так что либо мы их, либо они нас. — Денис посерьезнел на глазах.

— Пока что они нас, — мрачно сказал Рустам. — Не скажу, что их становится все больше, возможно, поголовье даже сократилось, но пока в этой войне мы безнадежно проигрываем.

— Без электричества мы — ничто, — заявил Прокоп, и все согласились с ним. — Я бы лет пять жизни отдал за самый простенький прибор ночного видения, и чтобы без всяких последствий от его использования. Эх, да будь у нас техника вообще!.. Представьте, мы сюда почти месяц перлись, а на каком-нибудь бардаке[18] нам бы двух дней хватило. И то, с обеденными перерывами и ночевкой.

Не знаю, как насчет цивилизации тварей, но если так дело пойдет и дальше, то останутся люди лишь где-нибудь в пустынях, джунглях да на севере в тундре оленей пасти. Но надолго ли? Рано или поздно эта мразь и туда доберется. Возможно, всех не убьют — в своих зоопарках держать будут, как реликтовых животных. Да что там говорить! — И он тяжело вздохнул.

Все молчали: говорить было нечего. Хотя бы потому, что на подобные темы столько уже говорено! Любимая мечта для всех — чтобы вновь можно было безопасно пользоваться электричеством. Да и не только им. Ладно бы, только те приборы и механизмы, которые напрямую от него зависят, но ведь имеется и множество других. Тот же дизель. Принцип его работы основан на высоком сжатии топлива, казалось бы — заводи, поехали! И для этого можно обойтись и без аккумуляторов, и без электрических цепей.

«Или тот же паровоз. Уж там-то чего, казалось бы, опасаться? Пытались в одном месте запустить железную дорогу, и тоже плачевно все закончилось. Как будто специально нас кто-то в каменный век отбросил», — думал Чужинов.