Теперь знала, что бумага может быть составлена именно для того, чтобы люди начали действовать слишком поздно.

Дверца соседнего экипажа открылась.

Северин спустился на мостовую, хотя я запретила ему вставать до возвращения в лечебный пункт. Лицо было бледным, левая рука прижата к боку.

— Вернитесь внутрь, — сказала я.

Он не ответил мне.

Посмотрел на всадника.

— Передадите в санитарную палату приказ главы столичной защиты: установить всех получателей поддерживающих препаратов коллегии за последний год. Городские склады опечатать, остатки не уничтожать. Сведения передать господину Сейну, Гильдии ведьм и командованию госпиталей.

Посыльный выпрямился.

— Герцог, распоряжение коллегии…

— Не запрещает собирать списки пациентов.

— Палата может потребовать подтверждение Совета.

— Получит позже. Сейчас выполняйте.

Мужчина поклонился и вскочил в седло.

Я дождалась, пока он отъедет.

— Вы нарушили назначение.

— Сделал несколько шагов.

— После приступа и потери сознания.

— В экипаже я не мог видеть его знак.

— Можно было позвать.

— Тогда ты начала бы спорить раньше.

— И была бы права раньше.

Северин взялся за дверцу.

На мгновение его пальцы стали медными.

Не полностью покрылись чешуей. Только кончики, как при попытке тела защититься от боли.

Я подошла ближе.

— Рука.

— Уже прошло.

— Покажите.

— Здесь, на дороге?

— Можете выбрать дорогу или лечебную карету.

Он протянул ладонь.

Пальцы были холодными, хотя медная чешуя обычно сопровождалась жаром. Пульс на запястье оставался частым. Возле воротника проступила тонкая серая линия.

— В экипаж, — сказала я. — И больше не выходите без разрешения.

— Когда мы вернемся, город уже получит приказ.

— Это не оправдывает риск.

— Нет. Но приказ все равно был нужен.

Я хотела напомнить о договоре.

Он и так знал.

— После возвращения останетесь под наблюдением до утра.

— Если городская защита не потребует…

— До утра.

Северин посмотрел на меня и первым отвел взгляд.

— Хорошо.

Я помогла ему подняться в экипаж.

Он не пытался отказаться от руки.

Обратная дорога заняла меньше обычного. Стража уже получила сообщение о возможном ухудшении состояния драконов и освобождала проезд для лечебных экипажей.

Первые признаки кризиса мы увидели возле Торгового города.

Молодой дракон сидел на ступенях банка, прижимая ладонь к груди. Рядом суетились двое служащих. Из-под воротника мужчины проступала темная чешуя.

Через квартал женщина пыталась удержать сына, у которого одно крыло появилось прямо сквозь человеческую одежду и сразу исчезло, оставив кровь на рубашке.

Возле городского госпиталя стояла очередь.

Люди еще не знали о прекращении препаратов.