— Наследники смогут оспорить, — сказал следователь.

— Если Северин укажет, что право используется для совершения массового преступления и создает прямую угрозу источникам граждан, оспаривание не приостановит действие.

— Совет может признать отказ недействительным.

— После спасения города пусть пытается.

Северин смотрел на страницу.

Не на меня.

На слова Беатрисы о смерти проводника.

— Сначала письмо, — сказала я.

Я вскрыла конверт.

Почерк тети был ровным. Только последние строки уходили немного вниз, словно она писала уставшей рукой.

'Мирелла.

Если ты читаешь это, значит, я не успела закончить работу или мне не позволили.

Не верь тому, кто скажет, что для спасения всех нужен послушный герой и одна великая жертва. Так обычно говорят люди, которые заранее решили, кем пожертвуют.

Проводник обязан выбрать сам. Ведьма обязана иметь право остановить процедуру. Ни любовь, ни долг, ни род не заменяют согласия.

Серый пепел удерживается не только веществом. Он удерживается привычкой считать чужую силу своей собственностью.

Для очищения потребуется не разрушить печь, а вернуть ее городу.

Если проводник откажется от власти искренне, основа пропустит огонь. Если ведьма попытается удержать его жизнь любой ценой и не позволит завершить выбор, связь восстановится.

Не решай за него.

Но и не позволяй ему решать за тебя.

Беатриса'.

Я закончила читать вслух.

Никто не говорил.

Тетя оставила мне не готовый ответ.

Границу.

Северин имел право выбрать риск.

Я имела право определить, допустима ли процедура.

Ни один из нас не мог забрать решение другого.

— Составим отказ, — сказал Северин.

— Сначала рассчитаем процедуру, — ответила я.

— Одно не мешает другому.

— Мешает, если документ подпишете до понимания последствий и превратите отказ в совершившийся факт.

— Последствия указаны.

— Не все. Мы не знаем, сколько противоядия понадобится, выдержит ли ваш источник и что сделал Кассиан с нижним узлом.

— Поэтому отказ подпишу сейчас, а к печи спущусь только после вашего медицинского решения.

Я смотрела на него.

— Даже если решу, что вы не выдержите?

— Тогда не пойду как проводник.

— И не попытаетесь попасть туда без меня?

— Не попытаюсь.

— Не передадите приказ другому лекарю провести очищение?

— Нет.

— Не используете отказ, чтобы заставить меня согласиться?

— Нет.

Леона положила перед ним лист.

— Я запишу эти условия отдельным приложением.

Северин кивнул.

Мы покинули банк с коробкой, страницей, письмом и заверенным актом.

На площади стало темнее.

Погасли последние магические фонари. Люди зажигали свечи в окнах, выносили обычные лампы на улицы и развешивали их возле перекрестков.