Остаток смены прошел в оглушительной, почти невыносимой тишине. Ни одного вызова, ни одной тревоги. Демоны словно решили взять выходной. Гром откровенно дремал в своем кресле, Ворон медитировал над очередной формулой, а Кайл, закончив с бумагами, просто смотрел в окно. Даже Лиса, обычно не упускающая случая подколоть меня, молча листала что-то на своем планшете. Эта тишина давила, но давала и передышку. Ночью мне даже удалось урвать пару часов беспокойного сна на продавленной кушетке в комнате отдыха.

Утром, сдав смену и выйдя на улицу под серое питерское небо, я почувствовал себя выжатым не боем, а именно этим бездействием. Вернувшись в общагу, я первым делом принял контрастный душ, пытаясь смыть с себя остатки ночной смены и тяжелые мысли.

Но не успел я даже перекусить, как зазвонил коммуникатор. Лиса.

— Ну что, Зверев, — ее голос был деловым, без тени утренней обиды. — Забрал свою парадную шкуру? Ты ведь мне так его и не показал. Вольский ждет нас через два часа.

— Забрал. Все готово, — ответил я, глядя на свое отражение.

— Отлично. Тогда жду тебя у себя через час. Адрес помнишь?

Связь прервалась. Чертыхнувшись пришлось переодеваться снова, у Лисы дома мне этого делать совсем не хотелось.

Ровно, через час такси высадило меня у подножия сверкающего небоскреба, где жила Лиса. Поднявшись на ее этаж, я нажал кнопку звонка.

Дверь открылась почти мгновенно. Лиса. Она действительно была полностью готова: строгий, идеально сидящий черный брючный костюм подчеркивал ее стройную фигуру, высокие каблуки добавляли роста и агрессии, а рыжие волосы были собраны в сложный, элегантный узел на затылке, открывая длинную шею. Минимум макияжа, но зеленые глаза горели деловым, хищным огнем.

— Наконец-то, — бросила она, пропуская меня внутрь.

Ее взгляд скользнул по мне с ног до головы — по идеально сидящему пиджаку, белоснежной рубашке, часам на запястье. На ее лице промелькнуло неподдельное удивление, которое она тут же попыталась скрыть за привычной язвительной усмешкой.

— Ого. — Она медленно обошла меня кругом, оценивающе цокая языком. — А ты, оказывается, можешь выглядеть так, будто у тебя действительно есть деньги, а не только скверный характер. Костюм сидит идеально. Лоран превзошел себя.

Я молча кивнул, чувствуя странное удовлетворение. Ее оценка, даже такая язвительная, была лучшей похвалой.

— Ладно, времени мало, — она тут же переключилась на деловой тон. — Слушай сюда. Вольский — сноб и эстет. Он будет оценивать тебя с первой секунды. Держись уверенно, говори мало, но по делу. Не суетись. Пусть думает, что для тебя ворочать такими суммами — обычное дело. Я буду рядом, но инициатива — твоя. Ты — главный герой этого спектакля. Не подведи.