— Хватит лекций, — прорычал я. — Я понял. Зачем ты мне все это рассказываешь? Что тебе от меня надо?

Я задал этот вопрос в упор, ожидая чего угодно — угрозы, предложения, нового потока лжи. Но ее реакция обезоружила. Лира посмотрела на меня, и на ее лице появилось выражение искреннего, почти детского разочарования. Она тяжело вздохнула.

— Уже ничего, — тихо сказала она, и в ее голосе прозвучала неподдельная горечь. — Я ошиблась. Я почувствовала твою «Печать», ее природу, и подумала, что нашла… нечто особенное. Потенциал. Но теперь я вижу, что ты слишком слаб. Слишком человек. Мое любопытство удовлетворено.

Она издевается. Это очередная игра, очередной психологический трюк. Она пытается задеть мое самолюбие, вывести из себя, заставить сделать ошибку. Не получится.

Ярость, холодная и острая, пронзила меня. Она не просто меня унизила. Она обесценила все мои победы, всю мою боль. Я смотрел в ее золотые, вдруг ставшие безразличными глаза, и не верил ни единому ее слову. Моя рука сама скользнула в карман куртки и нащупала холодный, гладкий камень амулета.

Я резко шагнул к ней и выдернул руку, вскинув амулет на уровень ее глаз. Черный обсидиан тускло блеснул в полумраке цеха.

— Тогда зачем ЭТО? — прошипел я, мой голос был низким от сдерживаемого гнева. — Ты бы не дала мне его, если бы я был тебе не нужен!

На ее лице, до этого выражавшем лишь холодное разочарование, что-то дрогнуло. Уголки губ поползли вверх, и она не просто улыбнулась. Она рассмеялась. Громко, свободно, от души, и этот мелодичный, но абсолютно неуместный звук эхом разнесся под сводами заброшенного цеха. В этом смехе не было веселья. В нем была горечь, ирония и бездна превосходства.

— Какой же ты все-таки предсказуемый, человек, — сказала она, отсмеявшись. — Всегда цепляешься за очевидное. Да, ты прав. Ты был мне нужен. Как единственная в своем роде аномалия, которую я встретила за пределами Бездны. Но я переоценила материал.

Я молчал, сжимая в руке бесполезный теперь амулет. Ярость внутри сменилась холодной пустотой.

— Ладно, — выдохнул я, отступая на шаг. — Раз я тебе больше не интересен, ответь на последний вопрос, и я уйду. Зачем все это? Какова ваша конечная цель? Вы пытаетесь завоевать наш мир?

И тут она снова рассмеялась, но на этот раз ее смех был коротким и злым.

— Завоевать? — она обвела рукой вокруг. —Это ? Александр, ты смотришь на звезды и думаешь, что они вращаются вокруг тебя. Ты не представляешь истинных масштабов.

Она подошла ближе, и ее золотые глаза впились в меня.

— Я видела миры, покоренный моим отцом. Легионы тварей, где существа пятого уровня, которых ваши магистры считают угрозой огромного масштаба, — это даже не элита. Существа вроде меня, которых вы бы отнесли к шестому уровню, — вот это элита. Мои старшие братья еще сильнее. А мой отец… он просто вне вашей шкалы. Он — стихия. Он — сама Бездна.