— Уже, — улыбнулась Лиса. Мотор взревел, и мы сорвались с места, растворяясь в вечернем потоке огней.

Подъехав к главному входу, я понял, что вокруг уже было не протолкнуться. Парковка, обычно полупустая, была забита машинами стоимостью в годовой бюджет нашего отдела. Спортивные купе, лимузины с затемненными стеклами. Строганов не врал — он собрал здесь весь цвет и всю грязь города.

— Готов? — спросила Лиса, заглушая мотор.

— Более чем, — ответил я.

Мы вошли внутрь. Гул толпы ударил по ушам, как физическая волна. Сегодня яма не была похожа на подпольный бойцовский клуб — она напоминала римский колизей перед казнью. Воздух был спертым, горячим, в нем висела смесь ароматов дорогого парфюма, алкоголя и той особой, острой нотки жажды крови, которая всегда сопровождает такие события.

Мы попытались найти свободное место, но это было дохлым номером. Люди стояли даже в проходах.

— Черт, — прошипела Лиса, оглядываясь. — Тут яблоку негде упасть. Наши тут тоже должны быть. Тебя поддержать.

И тут меня резко, по-хозяйски, обхватили за шею сзади.

— Зверев! Ты чего тут по углам жмешься?

Я обернулся. Строганов. В идеально скроенном твидовом пиджаке, с бокалом в руке и сияющей улыбкой. Он выглядел как хозяин этого вечера, как конферансье, который вот-вот выпустит львов.

— Пойдем к нам! — пророкотал он, не убирая руки с моего плеча. — Места — люкс! — Он перевел взгляд на Лису, мазнув по ней быстрым, оценивающим взором. — И даму бери. Боевая подруга? Уважаю. Пошли, народ ждет.

Мы прошли через оцепление охраны в VIP-зону. Стол Строганова действительно был лучшим. Он располагался на выступающем балконе, прямо над ареной. С этого места открывался вид на площадку, никаких слепых зон. За столом уже сидела компания. Трое парней и четыре девушки. Все — из того же мира, что и Никита. Дорогие ткани, небрежные позы, часы по цене квартиры.

— Народ! — громко объявил Строганов. — Знакомьтесь! Это тот самый Александр Зверев! Мой фаворит и, надеюсь, причина нашего сегодняшнего обогащения. — Разговоры за столом смолкли. Семь пар глаз уставились на меня.

Они смотрели странно. В их взглядах был интерес — как к диковинному зверю, которого привели на потеху. Но за этим интересом скрывалась стена ледяного презрения. Для них я не былсвоим .

Я спокойно встретил их взгляды. Мне было плевать. Я пришел сюда не дружить.

— Зверев? — лениво протянул один из парней, развалившийся в кресле. Глеб, кажется. На его пальце массивным пятном выделялся перстень с гербом. — Это тот… в общем, охотник?

Лиса рядом со мной напряглась, её рука дернулась, словно она хотела что-то сказать, но я едва заметно сжал её локоть.