В кухню вошёл глава семейства, несчастный оператор № 53, угодивший в лапы зверья.

Мужчина был бледен, его пошатывало. Он затравленным взглядом осмотрел битое стекло на полу, подорванную дверь и окровавленную женщину, в заботливых руках ликтора приходившую в себя. Лицо хозяйки дома всё ещё покрывали бурые потёки, но шрамы на щеке уже запенили анестезирующим гелем, и в глаза возвращалась осмысленность.

К ноге инженера, наблюдая за чужаками с любопытством и иррациональной неприязнью, жалась девочка. Отправив дочь обратно в персональную комнату, Петрос — вроде бы мужчину звали именно так, — склонился над супругой. Подержал за руку, о чём-то сообщая и интересуясь здоровьем. С тоской взглянул на обездвиженную пустышечницу. А затем шагнул к корпатрицианту, протягивая ладонь.

Артемидий ответил на прикосновение, зубами стянув левую перчатку.

«Уважение к корпатрицианту! Просьба: не причиняйте вреда этим скуднодухим», — протранслировал оператор, немало удивив Селиванова. — «Они были безобидны и не доставили неудобств. Ходатайствую о выпуске на волю».

Артемидий, отдёрнув пальцы, нахмурился. Он не хотел, чтобы владелец квартиры прочитал недоумение, окружившее его логос. А оно присутствовало, и весьма яркое. Петрос мог не знать, что Сорокин выиграл в Лотерею. Но всё равно демонстрировал сочувствие к существам, оружием угрожавшим его семье, силой заставившим привести их в дом, вооружённым и опасным. Это настораживало.

Корпатрициант активировал общий канал групповой связи. Распорядился поднимать парализованных животных и нести в машину на парковке.

Петрос, тем не менее, снова протянул руку — настойчиво, непреклонно.

«Желание информированности: каковы дальнейшие действия с пленниками?»

Мужчина хмурился и кусал губу, а его логос полыхал терракотовыми нотками сострадания и жалости. Иного подтверждения заподозренному синдрому и не требовалось.

«Транспортировка в 'Голиаф», — ответил ему Артемидий, начиная раздражаться от неуёмного любопытства бывшего заложника. — «Имею намеренье провести показательное награждение перед советом высших корпатрициантов и средствами массовой информации».

«Обе особи?» — Изумление Петроса было неподдельным, что ещё сильнее поразило Селиванова.

«Несомненно», — протранслировал он, уже не пытаясь скрыть возмущения своего логоса. — «Особь мужского пола выиграла в Лотерею и скрывалась от награждения. Самка является сообщником, автоматическое вручение дополнительного „оранжевого билета“. Уважаемый инженер, потеря памяти в сфере правил Игры Равновесия?»

Он уже собирался надеть перчатку, но затем передумал и снова коснулся пальцев инженера.