Ни одно из окружающих зданий в качестве укрытия, конечно же, не годилось. Во-первых, Сорока чётко осознавал, что в многоэтажке его молниеносно зажмут со всех сторон, выследив по психотепловым следам. Да ещё и благодарные свидетели выдадут: никому не хочется ждать, пока охотничья свора стрельбой и гранатами выкурит жертву, решившую спрятаться именно в их здании.

Во-вторых, несмотря на запущенный вид домов, многие квартиры были заселены. Такими же, как он и Ливень — не совсем уж нищими, но и не способными купить или снять апартаменты в зданиях с рабочим водопроводом или исправными лифтами. А подвергать опасности невиновных Сорока не хотел. Даже сквозь щемящую зависть к их благополучному существованию, которое продолжится и завтра…

Под ногами хрустел мусор — битое стекло и пластиковые упаковки фабричных пайков, производимых на предприятиях Застеколья. В лёгкие будто залили кипящего олова, у парня кружилась голова и заплетались ноги. Но он всё равно заставлял их двигаться, стараясь как можно сильнее увеличить разрыв между собой и кровожадными нелюдями.

Ещё через несколько минут по нему снова начали стрелять.

Автоматная очередь перечеркнула проезжую часть слева, недвусмысленно давая понять, что в выбранный переулок ход заказан. Сорока метнулся вправо, споткнувшись и едва не рухнув на кучу битого кирпича. Охнул, вскинул пистолет. Обернулся, но целей не обнаружил.

Где-то над головой закричала женщина. Что-то хлопнуло, с треском обвалилось. Дважды выстрелив наугад, бывший продавец Сливоносого Вардана бросился в единственно-возможный проулок, проклиная себя за трусость и малодушие.

Впереди вскинулись к летнему небу Купола — один за другим, разновысокие, похожие на великанские пчелиные соты, обработанные фрезой до состояния полусфер. Сверкающие, неприступные, холёные. И территория отчуждения перед ними, похожая на полосу выжженной земли — зона безопасности, пересекать которую жителям Циферблата запрещалось под страхом расстрела.

Над демаркационной линией проплыл знакомый корпоративный зонд, прицеливаясь в «победителя» трубками сканеров. Из жилого дома за заасфальтированной площадкой, где когда-то парковались машины, с лязгом и жужжанием выкатились два наземных шарообразных робота. Выдвинули лапки-манипуляторы, угнездились на краю парковки и застыли, наблюдая за строптивой мишенью.

А слева и чуть впереди, нависая над перекрёстком и закрывая от взора немалую часть «тепличного» Новосибирска, покосившимся бетонным столбом взметнулось здание брошенного делового центра — массивное, угловатое, с торчащими из стен обломками монорельсовых дорог и огромной буквой «М» на одном из фасадов.