Михаил задумался, его взгляд устремился куда-то сквозь стену, в свои бескрайние архивы знаний. Он долго молчал, перебирая в уме сотни легенд и тысячи слухов.

— Сказок в Этерии полно, — наконец сказал он. — И игроки, и NPC любят приукрасить. Байки о мече, который сам выбирает хозяина, о щите, что плачет по павшим товарищам, это все фольклор.

Он подался вперед, понижая голос.

— Есть и другие истории. Более старые. О божественных артефактах, реликвиях До-Раскольной Эпохи. Говорят, у них нет ни статов, ни описания, потому что их логика слишком сложна для современного интерфейса. Они не дают плюс десять к силе. Они меняют правила. Но это все на уровне слухов, которые передают из уст в уста безумные отшельники и древние NPC в забытых руинах. Я никогда не видел ни одного подтвержденного случая. До сегодняшнего дня.

Он снова откинулся на спинку дивана, и в его глазах горел азарт исследователя.

— Маркус, ты наткнулся на нечто фундаментальное.

— Возможно, — я пожал плечами, стараясь казаться спокойнее, чем был на самом деле. — Но сейчас это уже неважно. Предмета больше нет. Так что предлагаю отложить эту загадку до лучших времен и сосредоточиться на том, что мы можем контролировать.

Я демонстративно отщипнул виноградину с тарелки и закинул ее в рот, показывая, что тема закрыта. Прохладная сладость лопнула на языке.

— Я собираюсь сегодня же связаться с Сайласом и договориться о встрече с представителем Валетти, — сказал я, отщипывая еще одну.

— Сегодня? Маркус, уже поздно, — начал было Михаил. — Завтра же…

И тут он замолчал на полуслове.

Его взгляд, до этого блуждавший по комнате, сфокусировался на мне. Он смотрел на меня так, словно видел впервые. Медленно, очень медленно, в его глазах начало загораться понимание. Сначала легкое недоумение, потом — вспышка догадки, и, наконец, — чистое, незамутненное изумление. Он медленно поднял руку и хлопнул себя по лбу с такой силой, что звук эхом разнесся по кабинке.

— Ну конечно! — он расхохотался. Громко, раскатисто. — Какой же я идиот!

— Ты о чем? — спросил я, не понимая.

— О том, что ты не просто прячешь карты, ты играешь совершенно другой колодой! — он продолжал смеяться, качая головой. — Рабочий день! Отдых! Я-то думаю, почему ты так свежо выглядишь после всех этих ночных бдений? Почему не зеваешь? Андрей, ты же сегодня тоже в капсуле!

Это был не вопрос. Это была констатация факта. Он сложил два и два и получил не четыре, а целую новую вселенную. А затем его глаза расширились еще больше, когда он сделал следующий, единственно верный логический шаг.