Бой, который должен был закончиться за минуту, растянулся на долгие, напряженные пять минут, превративший в групповую дуэль.
Наконец, остался только один. Последний грабитель, подраненный, его здоровье было на волоске.
— Погодите… — прохрипел он, поднимая руку. — Мы не знали… Сайлас сказал, что…
Он не договорил. Кинжал, брошенный Шнырем с другого конца переулка, с сухим, отвратительным звуком вошел ему точно в глаз, обрывая его слова на полуслове.
Тело рухнуло на землю, вокруг начала проступать лужа крови.
Глава 18
Бой закончился, но напряжение осталось.
Я повернулся к Шнырю. Он стоял, вытирая лезвие своего кинжала о тряпку, его движения были спокойными, почти будничными. Но его глаза, до этого холодные и расчетливые, сейчас горели темным, непроницаемым огнем.
— Зачем? — мой голос прозвучал резко, нарушая тишину. — Он уже был готов сдаться. Он мог дать нам информацию.
Шнырь медленно поднял голову, но в его взгляде не было ни раскаяния, ни сожаления.
— Мертвые не разговаривают, — ровно ответил он. — И не создают этим проблем.
— Он мог сказать что-то важное…
— Он мог сказать, что Сайлас нас подставил, — тут же вмешался Михаил, его голос был необычно твердым. Он уже деловито обыскивал тела, собирая выпавший лут. — Или что это была проверка от Борджиа. Или что они были просто случайные бандиты, которым не повезло. Внести разлад. У нас нет времени на «мог бы», Маркус. У нас встреча. Помнишь? Мы уже опаздываем.
Он был прав. Снова. Он грубо, но эффективно возвращал меня из мира гипотез в мир суровой реальности. Каждый лишний вопрос, каждая секунда промедления здесь увеличивали риск того, что кто-то заметит, что кто-то доложит. И тогда наша встреча с контрабандистами могла закончиться еще до ее начала.
Трупы грабителей исчезли, оставив после себя лишь несколько мешков, которые они тащили. Михаил пнул один из них ногой, и тот глухо звякнул.
— Хм, — он развязал один из мешков, заглянул внутрь и скривился. — Пара серебряных подсвечников, дюжина бутылок дешевого вина и какой-то ржавый доспех. Всякого хлама монет на триста, не больше.
Он быстро затащил мешки в темную нишу между складами, прикрыв их какими-то гнилыми досками.
— Оставим это на потом. Может, пригодится. А сейчас бегом. Нас ждут настоящий бизнес, а не уличные потасовки.
Мы двинулись дальше, теперь уже почти бегом, углубляясь в лабиринт доков. Шнырь шел впереди, его силуэт сливался с тенями, указывая нам путь в этом мире, который был для него родным. Он молчал. Но я чувствовал, что молчание между нами стало другим. Более напряженным.