— Шестеренка уже рассказала мне суть вашей затеи. Идея не просто смелая, она правильная с точки зрения системной динамики, — он говорил быстро, его слова были точными, как движения часового механизма. — Монополия «Мясников» создавала искусственный дефицит, тормозя развитие всего ремесленного сектора. Это, как засор в шестеренках механизма. Вы его удалили. Теперь же нужно восстановить нормальное движение. Легализация альтернативных каналов поставок, создание конкурентной среды, все это приведет к общему росту производства, снижению цен и, как следствие, к экономическому буму во всем регионе. Конечно, я вас поддержу! И вся Гильдия Инженеров тоже. Нам это выгоднее, чем кому-либо.
Он говорил не о чести или мести. Он говорил на моем языке. На языке эффективности и оптимизации. Но тут он посмотрел на меня с хитрым прищуром.
— Кстати о нашей дорогой Шестеренке. Вы же в курсе, что она сама скоро станет мастером?
Мы с Михаилом переглянулись.
— В смысле? — не выдержал я.
— В прямом, — кивнул Финнеас. — Она уже несколько месяцев выполняет для меня сложнейшие заказы. Ее работа с [Пером Грифона] была почти безупречна. Ей не хватает лишь одного, финального проекта, чтобы подать заявку в Совет. Я ей уже предложил несколько идей, но она, упрямица, говорит, что у нее есть свой, «личный проект». Что-то связанное с ключами и древними запирающими механизмами. Сказала, это будет ее шедевр.
Я стоял, ошеломленный этой новостью. Кира, наша плутовка, наш техник, все это время шла своим собственным путем, о котором мы даже не догадывались. Она не просто помогала нам. Она строила и свою собственную линию.
Мы вышли из мастерской Финнеаса, и в голове у меня гудело. Два из трех голосов были у нас. Две из трех ключевых гильдий «Наковальни» были на нашей стороне. План работал. Даже лучше, чем мы ожидали.
Глава 16
Солнце в Лирии-Порте клонилось к закату, окрашивая белые стены Верхнего Города в теплые, золотистые тона.
Но мы с Михаилом двигались в противоположном направлении, вниз, в Алмазный Проулок — самый тихий и чистый район «Наковальни». Здесь воздух пах не гарью и металлом, а чем-то неуловимо кислым. Запахом реагентов от магических экспериментов. Это была территория ювелиров и зачарователей, место, где наука граничила с магией, а ремесло с исскуством.
Наша цель — Элиас Бронзобород. Третья, недостающая часть нашего репутационного триптиха. И, судя по информации от Торка, самая сложная.
Лавка Элиаса была под стать району. Небольшая, но изысканная. Витрина из зачарованного, кристально чистого стекла демонстрировала не груды колец и амулетов, а лишь несколько одиноких шедевров, каждый на своей бархатной подушечке, подсвеченный отдельным, мягким лучом магического света. Над дверью висела простая, но элегантная вывеска из темного дерева с инкрустированным серебром названием: