Она подалась вперед, и ее голос стал тише, почти заговорщицким.

— Когда ты идешь пешком из одного города в другой, ты не просто тратишь время. Ты взаимодействуешь с миром. Ты можешь наткнуться на караван, на который напали бандиты. Поможешь им — и получишь не просто +10 к репутации с Торговой Гильдией, а личную благодарность купца, который может оказаться главой целого торгового дома. Ты можешь найти раненого охотника, которому нужна помощь. Вылечишь его и он не просто даст тебе пару серебряных, а расскажет о тайной тропе, ведущей в логово редкого зверя. Эти случайные события, эти маленькие истории — вот что на самом деле строит твою историю. Они дают не просто репутацию фракции, они дают личную репутацию с NPC, с их семьями, с их окружением. А это, куда более мощный и долгосрочный актив.

Елена кивнула, подтверждая ее слова и Вика продолжила.

— Я так получила доступ к секретному рецепту эльфийского лука! Просто помогла заблудившейся в лесу эльфийке найти дорогу домой, а она оказалась дочерью мастера-лучника из самого Зеленограда!

— Именно, — улыбнулась Елена. — Мой статус, он во многом стал результатом одной такой случайной встречи. Мы с моим старым отрядом несколько недель путешествовали из Эллады в Нордмарк. Тяжелый, опасный переход. И где-то в предгорьях мы наткнулись на двоих северян, которых загнала стая ледяных волков. Мы им помогли. Обычное дело, казалось бы. А потом выяснилось, что один из них — побратим местного ярла. Нас приняли в его зале не как чужаков, а как почетных гостей. Мы получили доступ к квестам, к информации, к людям, о которых в Лирии-Порте даже не слышали. Это был один из ключевых моментов, который заметил ИИ. Не бой, а его последствия.

Я слушал, и картина мира снова расширялась. Я видел не просто игру, а гигантскую социальную симуляцию, где каждый поступок, каждое слово имело вес и последствие.

— Елена, прости за нескромный вопрос, — я решил рискнуть. — Информация о том, что ты Сверхперсонаж, это не секрет?

— Уже нет, — она пожала плечами. — Я была одной из первых. Второй, если быть точной. Тогда это было что-то совершенно новое, непонятное. Наделало жуткого шума в «НейроВертексе». Меня изучали под микроскопом, как какой-то редкий экспонат. Сейчас я — их главная драгоценность, которую они оберегают. Я не покидаю это здание. Живу здесь же, на верхних этажах.

— А Артем Цаплин? — спросил я, вспомнив слова Олега.

— Артем получил свой статус почти сразу после меня. Мы тогда много играли вместе, были в одной группе. Похоже, мы шли по одной и той же «ветке», — в ее голосе прозвучала тень ностальгии. — Но после этого нас разделили. Разные отделы, разные задачи. Он тоже живет здесь. Мы почти не видимся. Политика.