— Госпожа, я не понимаю…

Шериада щелкнула пальцами. В ее взгляде не читалось никаких эмоций

Криденс не издал ни звука, но по тому, как он запрокинул голову, и как намокла от пота его сорочка, было понятно, что он испытывает боль.

Я поймал взгляд Шериады и выдохнул:

— Прекрати!

— Я предупреждала. Следи за языком. Следующим будет Ори. Но не беспокойся, они оба привычны к боли. Правда, Ори?

— Д-да, м-миледи.

Шериада снова щелкнула пальцами, и Криденс, пошатнувшись, схватился за каминную полку. Стоявшая на ней статуэтка фарфорового пуделя упала на пол и разлетелась на осколки.

— Какой ты неуклюжий, Криденс, — вздохнула Шериада. — Ори, потом уберешь. Между прочим, я не помню, что это за пудель? Кто придумал поставить его в комнату моего ученика?

— Д-декорацией занимался г-господин Ал-лекс, — пролепетал Ори.

— Да? Тогда спрошу у него. Итак, Элвин. Что ты делал в Арлиссе?

На мгновение я зажмурился. Ничего необычного, это просто моя госпожа, которой я чем-то не угодил. Я же знаю, как поступать в таких случаях. Разве я ничему не научился за предыдущие два года?

— Моя госпожа, — мой голос прозвучал ласково, и на королеву я посмотрел с тоской отвергнутого влюбленного, — прошу тебя, не гневайся. Я был на свидании. — И добавил то, что сказал бы спутник хозяйке, которая одолжила его подруге: — Но думал только о тебе.

Шериада расхохоталась.

«Пусть лучше смеется, — думал я, — чем щелкает пальцами или гневается».

— Да ни черта ты обо мне не думал, — неожиданно сказала она на языке Острова. И тут же опять перешла на нуклийский. — С кем ты был?

Мне показалось, сердце подскочило к самому горлу.

— Алия. Ученица модистки. Мы однажды о ней говорили.

Шериада нахмурилась и медленно кивнула.

— Да… Человек. А мою подвеску ты запечатал, чтобы я за вами не подглядывала? Не беспокойся, Элвин, у меня нет такой привычки.

— Запечатал? — спросил я, против воли схватившись за подвеску.

Шериада пристально посмотрела на меня. Потом подошла близко, почти вплотную. Убрала мою руку, вытащила подвеску из-под ворота и уставилась на нее недовольным взглядом.

— Любопытно…

— Что именно, госпожа?

Она подняла на меня взгляд и улыбнулась.

— Ничего, — отошла на шаг и снова посмотрела строго, но уже без злобы. — Сейчас четвертый час ночи, Элвин. Мне не нравится волноваться о том, где тебя носит. Мне так же не понравилось бы вытаскивать тебя из очередной передряги, но, слава богам, хоть сейчас без этого обошлось. Больше так не делай. Я запрещаю.

— Мне уведомлять тебя в письменном виде в следующий раз, госпожа?

— Понравилось путешествовать? — хмыкнула Шериада. — Да, и в трех экземплярах.