Но через несколько мгновений она смягчилась и продолжила:

— Я пошутила. Однако хоть кому-нибудь скажи, куда тебя понесло. Ты еще не понял, насколько Нуклий опасен? Думаешь, Арлисс спокойнее?

— Нет, госпожа. Покорнейше молю о прощении.

Шериада фыркнула. И тут же посерьезнела.

— Завтра я возвращаюсь в Нуклий. Ты остаешься здесь еще по меньшей мере на неделю. С Криденсом.

— Да, госпожа. Ты объяснила, я понял.

— Неужели? Какой ты стал понятливый! Любо-дорого слушать!.. Завтра у тебя встреча с Руаданом. В полдень ты поедешь в столицу. Куда хочешь, он сам тебя найдет. И вернет туда, откуда взял, он поклялся. Да, если вдруг решишь от него сбежать, помни, что демоны как звери — у них охотничий рефлекс. Не самое умное решение — убегать от демона.

— Я знаю, госпожа.

— Вот и умница, — Шериада покосилась на Криденса, потом перевела взгляд на Ори. — Тогда на этом все. А, нет, постой. Раймонд попросил позволения переехать в особняк в столице. Поближе ко дворцу. Говорит, что не хочет тратить время на дорогу.

Я сглотнул. На Рая это было похоже, начатое он всегда доводил до конца.

— Ничего мне сказать не хочешь? — поинтересовалась Шериада.

— Нет, госпожа.

— И все еще не желаешь, чтобы я стерла ему память?

— Нет, госпожа.

Она хмыкнула.

— Тогда спокойной ночи.

И царственно удалилась, словно на ее голове была корона, а за спиной — горностаевая мантия. Ори бросился открывать дверь, но Шериада его даже взгляда не удостоила.

Какое-то время в комнате царила тишина. Впрочем, недолгое.

— Это было обязательно? — поинтересовался Криденс, дрожащей рукой стирая пот со лба.

— Ори, пожалуйста, аптечку, — выдохнул я. — Криденс, присядь.

— Да иди ты в бездну, Элвин! — Виета оттолкнул мою руку и кивнул на прикроватную тумбочку. — Твое зелье. Мне пришлось готовить его повторно.

— Спасибо…

— Пожалуйста.

Если Шериада играла на публику, то Криденс и не пытался скрыть, как он устал и как ему тяжело. Наверное, хотел, чтобы я еще сильнее почувствовал себя виноватым. Но когда он пошатнулся и тяжело оперся о косяк приоткрытой двери, а я дернулся было помочь, Ворон рявкнул, не оборачиваясь:

— Только попробуй!

И вот мы остались с Ори наедине.

— Желаете искупаться перед сном, господин? Я приготовил ваш ночной костюм, и кровать согрета, вы можете…

— Ори, прости. Я не хотел.

Он мельком взглянул на меня.

— Конечно, господин, как скажете. Вы не обязаны говорить мне, куда идете. Я всего лишь слуга. Купальня, господин?

Из них троих, включая Шериаду и Криденса, только у Ори получилось разбудить во мне чувство вины.

А зачем? Да, я отлучился на несколько часов. И что?