Зная, что это в последний раз, я бы согласился. Но боже, как не хотел!

— Элвин, — Шериада улыбнулась. — Какие-то вещи не меняются, да? Я просто хочу поговорить, ничего больше, — потом потянулась и поцеловала мой лоб. И тут же отстранилась. — Сейчас мигрень пройдет. Налей, пожалуйста, вина. И там шахматы слева от тебя. Ты не против?

Мигрень не прошла окончательно. Она словно затаилась, но я смог думать, сумел сосредоточиться.

Шериада следила за тем, как я расставляю на доске фигуры.

— Брат хвалил тебя, говорил, ты искушенный игрок. А мне так лучше думается. Знаешь, меня научил играть Руадан. Это лионская игра, в Нуклий ее принесли демоны. Прошлый Повелитель ее не любил. А я привыкла играть и думать. С Руаданом всегда была за черных, так что возьми себе белых, пожалуйста.

Я поставил перед ней кубок.

— Конечно, госпожа.

И вот пешки встретились. Потом кони. Шериада почти не смотрела на доску — только на меня. И пока не прикасалась к вину.

Я рассеянно покрутил кольцо на пальце и скормил королеве слона. Шериада улыбнулась и вдруг сказала:

— Мой брат недавно рассказал мне одну любопытную вещь. Хочешь, поделюсь?

— Как пожелаете.

— Я практически в точности повторяю с тобой все, что когда-то делал мой наставник.

Я постарался сосредоточиться на игре.

— Госпожа, я не понимаю.

— Я не хотела быть сильной или даже свободной, как ты, — она задумчиво посмотрела на доску. — Мне было одиннадцать. Я хотела, чтобы вернулся мой старший брат и забрал меня. Но он не возвращался. А потом мне сказали, что я никогда больше его не увижу. Что я его убила, — она поймала мой взгляд и пожала плечами. — Лгали, конечно. Меня начали учить — поверь, с тобой я была мягка. Я помню каково это — когда твоя магия запечатана. Когда у тебя ничего не получается. Когда всем, кто тебе дорог, угрожают. Я делала это с тобой, потому что другого не знаю, потому что со мной поступали так же.

Она вздохнула и покачала головой. А я вдруг ясно увидел не великую королеву, не могущественную ведьму, а усталую женщину, придавленную Венцом.

— Мне очень рано дали понять, что если я буду слабой, они убьют сначала всех, кто мне дорог, а потом и меня. Так ведь и было.

— Но сейчас ты можешь их защитить. Ты же королева, — вырвалось у меня.

Шериада усмехнулась.

— Нет. Элвин, я открою тебе тайну. Каким бы сильным ты ни был, это не даст тебе ровным счетом ничего. Мой муж погиб, попав в ловушку Руадана. Повелитель узнал, что я беременна, а он не хотел, чтобы мой сын родился. Это выполнило бы условие последнего на тот момент мирного договора и на долгие годы отдалило Руадана от нуклийского трона, о котором он так мечтает. В дополнение к трону иду также и я.