Шериада подняла руку, призывая к тишине.

— Хэв и Фэй. Ваш король готов принять вас в свою свиту. Вам также возвратят все привилегии, снимут обвинения, а ваши родители вернутся домой… Когда их, конечно, найдут. Ваш король пока не пускает меня на прииски, но это дело времени. Возможно вам также будет приятно узнать, что ваш наставник, бывший посол Нуклия в Альвии, трагически погиб вчера ночью.

Фэй потер запястье, где наверняка прежде была печать.

— Трагически, ага, — пробормотал Хэв.

— Ты что-то сказал? — ласково поинтересовалась королева.

Фэй сжался. Хэв, наоборот, выпрямился.

— Только то, что благодарен тебе, королева. Возможность учиться здесь…

— Оставь, — отмахнулась Шериада. — У меня нет времени на лесть. Наила…

— А? — отозвалась та.

Шериада внимательно посмотрела на нее.

— А ты что вообще здесь делаешь?

Та в ответ пожала плечами.

— Ты курс этой академии уже четыре раза закончила. Тебе не хватит?

Наила снова пожала плечами.

Криденс хмыкнул. Я и сам еле удержался от смеха. Правду говорят про иллюзионистов, они не от мира сего.

Шериада улыбнулась.

— Как хочешь. Лорд Виета… — она подождала, пока Криденс поднялся. — Корона благодарна тебе за преданность.

Криденс поклонился.

— Это честь, моя королева.

— Пусть это преданность и не мне. В качестве награды, — Шериада перешла на язык Острова, — я разрешаю тебе поселиться в мире Элвина. Отныне и навсегда Остров для тебя открыт.

Криденс просветлел.

— Благодарю, моя королева, — сказал он, на этот раз, полагаю, искренне.

Шериада кивнула и перешла на нуклийский.

— Что ж, господа, на этом все. Элвин, ты идешь со мной. Будь добр, подожди меня в саду, я поговорю с Рэми и создам портал. Мой брат желает тебя видеть.

— Да, королева, — откликнулся я.

Вряд ли принц скажет мне что-то приятное: ему наверняка уже известно про яд. Но это желание королевы, и кто я такой, чтобы ей перечить?

Мы отдали артефакты — браслет, клипсу — все, что принадлежало Арлиссу. И по очереди расписались в свитке с нашими оценками и рекомендацией преподавателей. Свой я даже не читал, меня волновало другое.

Адель я догнал в коридоре. Она уже оправилась от изумления, спрятала свиток и обернулась. Я заметил ее улыбку.

— Элвин?

— Мы можем поговорить?

Она удивилась.

— Конечно.

Я вывел ее в сад. Против обычая, здесь цвели не альвийские розы, а сирень. Пахла она умопомрачительно сладко.

— Да, наша королева любит цветы, — усмехнулась Адель, глядя, как я морщусь. — Пойдем к фонтану, там свежее.

В фонтане плавали крупные пятнистые рыбы. Они тут же обратили на нас внимание и сгрудились, открывая и закрывая рты в ожидании угощения. Позже я узнал, что это карпы — Шериада забрала их из моего мира, с Большой земли. Она все, что ей нравится, забирает в Междумирье.