К ночи нашли пещеру. Небольшую, в склоне холма, вход узкий, закрыт нависшим кустарником. Внутри сухо, на полу — настил из старой хвои, пахнет смолой и прелой листвой. Чужого запаха не было. Я скинул рюкзак, развернул спальник.

— Здесь и будем, — сказал Вирру.

Он ткнулся носом в угол, проверяя, прошел вдоль стен, обнюхал каждый камень. Улегся у входа, положив голову на лапы.

Следующие два дня шла сплошная охота.

Я не выбирал. Мы шли по лесу, и все, что попадалось на пути, становилось добычей. Вирр работал напарником: загонял, отвлекал, давал мне время на замах. Действовали слаженно, будто делали это сотни раз. Собственно, так оно и было.

Первого Зверя — кабана уровня Сбора Духа — Вирр выгнал из кустов прямо на меня. Кабан вылетел с хрюком, клыки блеснули в сумерках. Я рубанул с плеча, топор вошел в шею, хрустнули позвонки. Кабан рухнул, дернулся и затих. Я присел, вырезал сердце — теплое, еще бьющееся — и убрал в мешок.

Второго — волка на начальном Росте — выследили у ручья. Вирр ушел в обход, зашел с подветренной стороны, заставил Зверя повернуться ко мне. Удар в бок — под лопатку, короткий, точный. Волк взвизгнул, попытался развернуться, но Вирр уже вцепился в заднюю ногу, не давая уйти. Я добил вторым ударом.

На исходе третьего дня я сидел у костра, перебирая сердца.

Они лежали в отдельном мешочке из плотной ткани, туго затянутом сыромятным шнурком. Развязал его, выложил содержимое на плоский камень у огня. Сердца были разного размера — от кулака до двух ладоней, — темные, плотные. В свете костра их поверхность отливала влажным блеском, пахла кровью и железом.

Вирр лежал рядом, положив голову на лапы, следил за каждым моим движением. За три дня он съел очень немало. Каждую печень, почти каждый мозг и треть каждого сердца. Я скармливал ему все, что он мог быстро усвоить, чтобы ускорить развитие.

И Дух в волке действительно креп. Я чувствовал это кожей, когда он возвращался с охоты — от него исходило ровное, плотное тепло. Когда ложился рядом, его дыхание было глубже, мышцы под шерстью перекатывались с новой, тяжелой силой. Все тот же начальный уровень Роста Духа, но он углублялся, становился мощнее, постепенно продвигаясь к средней стадии.

Сам я тоже пробовал. Брал сердца или мозги Зверей, резал на мелкие куски, жевал. Дух в них чувствовался, и я надеялся, что это сдвинет с мертвой точки мою среднюю стадию Костей.

Но после трех дней понял: то, что я убиваю в ближних окрестностях лагеря, слишком слабо. Сбор, начальный Рост — для моего уровня это была еда, не больше. Крайне питательная, но не дающая того толчка, который нужен, чтобы продвинуться дальше.