— Собирайся. Уходим сейчас.
Он не спросил почему. Только кивнул, спустил ноги с кровати, начал натягивать штаны. Я вышел, повторив то же самое в комнатах остальных.
Вопросов не задавали. Видели мое лицо и понимали, что времени нет. Через десять минут мы были на улице. Вирр выскочил со двора, выглядя будто бы виноватым за то, что не заметил убийцы.
Я вел их быстрым шагом, почти бегом. Сапоги стучали по булыжнику. Город спал. Лавки были закрыты, ставни задвинуты, только в редких окнах горел свет. Собака тявкнула на Вирра где-то в переулке, затихла.
Вокзал Шуйска показался через четверть часа. Большое здание из светлого камня, высокие арки, кованые фонари у входа. Двери заперты, внутри ни огонька — только редкие звезды отражались в стеклах верхних окон.
Поезда отсюда уходили только в одном направлении — в Вязьму. Соответственно, был только один путь и один перрон. Тем не менее выглядел вокзал едва ли не лучше академии, по очевидным причинам.
Я не стал церемониться. Вспомнил Морозовск, как нас не пустили в академию, как пришлось бежать, терять время, рисковать.
Этого я повторять не собирался. Хватит с меня полумер. Возможно, решить все удалось бы, когда к вокзалу начали бы подтягиваться другие будущие студенты, но я не хотел рисковать, оставляя все на волю случая.
Удар ногой — замок на дверях слетел, створка гулко ударилась о стену внутри. Я шагнул вперед, пропуская своих, встал в проеме.
Просторный зал с мраморным полом, высокий потолок с лепниной, на стене — расписание с датами прибытия поездов в тяжелой раме. Эхо шагов гуляло под сводами. Вирр сидел рядом, скалился в темноту, шерсть на загривке встала дыбом.
Через минуту прибежали охранники. Шестеро, с заспанными лицами, в накинутых на плечи куртках, с дубинками в руках. Один держал фонарь, другой — свисток. Они не успели даже рты раскрыть. Я вышел вперед, держа на вытянутой руке документы, протянул старшему.
— Я кандидат на поступление в Вяземскую академию, — сказал ровно. — Экзамен прошел. Сегодня в двенадцать мы должны выехать в Вязьму. И до тех пор будем ждать на перроне. До самого отправления. — Достал из кармана заранее заготовленную облигацию на две тысячи, протянул вслед за документами. — Мы не создадим проблем. Можете сообщить о нас любым представителям академии, когда они прибудут, только не вызывайте городскую стражу.
Он посмотрел на деньги. Потом на меня. Потом на своих. Охранники переглянулись.
Старший взял облигацию, сунул во внутренний карман куртки. Вернул документы.
— Идите. Только тихо.
Глава 17
Он махнул рукой, двое охранников разблокировали проход на перрон. Тяжелый засов лязгнул, дверь со скрипом отворилась. Остальные трое остались с нами — не столько охранять, сколько следить, чтобы мы действительно не создавали проблем.