— Расширяет бизнес, — буркнул Андрей Маслов. — Капиталист хренов.

— Тогда уж работорговец, — поправил его Ефим.

— Да какая на хрен разница? — сухо плюнул Андрей. — Что тот — сволочь, что этот.

— Эта падла не одна работает. Судя по тому, что мы знаем, у него есть еще два полевых командира, — сказал Наливкин, — помогают ему бандой руководить.

— Про них я не знал, — покачал я головой.

— Одного зовут, вроде, Хашим по прозвищу Бурый, — продолжал Наливкин. — Он правая рука этого Шахида. Второго вроде звать…

Наливкин задумался. Напряг память. Лоб его покрылся неглубокими складками.

— Звать Джамиль Нагиб. Он…

— Джамал Наджиб, — вклинился вдруг Зия.

До этого он молчал, но как только пакистанец подал голос, все оглянулись на него.

— Ты знаешь такого? — спросил я.

Зия ответил не сразу. Несколько мгновений он просто молчал, уставившись в землю перед собой. Лицо его ожесточилось. Губы неприятно искривились. Да так, будто бы Зия ждал, когда же какой-то неприятный привкус, появившийся у него на языке, окончательно исчезнет.

— Слышал, — буркнул Зия. — Имя Джамал Наджиб — пыль в глаза для глупцов. По-настоящему его зовут Азим Хан Танин. На службе его звали — Азим Гул.

— Оперативный псевдоним? — подметил Наливкин вопросительно.

— Он из ISI, — догадался я.

— Был, — кивнул Зия мрачно. — Потом сбежал. Понял, что советская разведка пытается его перевербовать, а наша — бросила. Вот и сбежал.

Зия засопел и продолжил:

— Один мой знакомый работал в направлении Гула. Пытался его отыскать.

— Но, по всей видимости, — сказал я, — отыскал его ты.

Зия хмыкнул.

— А какая мне теперь разница? Я предатель. У меня с ISI теперь все концы обрублены, — Зия молча уставился в пустоту. А потом вдруг добавил: — И я этому рад.

Уже минут через двадцать, когда мы обсудили все детали предстоящего мероприятия, то стали готовиться к выходу. Наливкин распорядился, чтобы один из бойцов отдал мне свой автомат на время. Так же мне выделили амуницию — каскадеры сбросились несколькими магазинами и гранатами.

Солнце опускалось все ниже, когда мы покинули пещеру и отправились в путь. По моим расчетам, мы должны были добраться до кишлака за два или три часа. Когда прибудем, будет еще светло.

— Саша! — вдруг услышал я голос Мариам, когда спускался по пологому, обвалившемуся склону ущелья, по которому мы забирались к пещерке.

Я обернулся. Остальные бойцы, что шли впереди, тоже замедлили шаг. Кто-то остановился. Повернулся, чтобы посмотреть, что случилось.

— Саша! — Мариам торопливо, стараясь не упасть на камни, спускалась ко мне следом.

— Стой. Не упади, — сказал я, двинувшись ей навстречу и подав руку, чтобы она не поскользнулась на гладком камне.