Бычка уставился на меня.

— А если с тыла подойдут?

— Могут, — рассудил я.

— Тогда надо что-то делать с пулеметом!

— Может за нами придут? — простонал Плюхин, с трудом вытянув сломанную ногу. — Может вытащат нас⁈

Я глянул на часы. До назначенного времени оставались две минуты.

— Рисковать нельзя. Бычка правильно говорит. Могут зайти с тыла. Надо подавить пулемет.

Бычка сжался, ожидая, когда же затихнет очередь. Пулеметчик строчил без разбора. Причем не очень умело. Даже совсем неумело…

— Саша, — ефрейтор глянул на меня, в его взгляде блестела надежда. — Ты ж тогда все придумал! Хитро придумал! И сработало! А что сейчас? Сейчас мысли есть? Что нам делать⁈

Внезапно пулемет затих. Мы прислушались.

Секунды потекли так медленно, что казалось, мы сидели в этом укрытии вечно.

Я стянул вещмешок.

— Ты что делаешь? — спросил Бычка.

Ничего ему не ответив, я просто выкинул мешок из-за угла. Он грохнулся на глину, загрохотал консервами.

Огня не последовало.

— У него патроны кончились? Может… Может он ушел? — спросил Бычка, снова глядя на меня с немой надеждой.

— Плюха, как у тебя с патронами? — спросил я.

Плюхин прижал к груди автомат. Покивал:

— Ничего не отстрелял. Не успел.

— Прикроешь тыл. Мне нужно минимум два бойца.

Плюхин покривился от боли. Потом лицо его стало решительным, взгляд сделался жестким.

— Да. Смогу.

— Хорошо, — я глянул на Бычку. — Мы с тобой выходим. Будь внимателен.

— А пулеметчик⁈ — удивился Бычка.

— Он не будет стрелять.

— Почему⁈

— Если б мог — уже стал бы. Возможно, он ушел.

— А если нет? Если это ловушка⁈

— Это не ловушка, — покачал я головой.

— А если…

— Выдвигаемся.

— Но…

— Саша, — я схватил пулеметчика за рукав. — Ты доверился мне в прошлый раз. Так?

Бычка сглотнул. Покивал.

— Вот доверься и теперь. Просто исполняй приказ.

Бычка шмыгнул носом. Выдохнул сквозь сжатые зубы, а потом быстро покивал.

— Отлично. Тогда вперед.

Мы аккуратно выбрались из укрытия. Как я и думал, пулемет не заговорил. Не заговорил он и через десять метров туннеля. Не заговорил и через двадцать.

Мы двигались в полной тишине, стараясь ступать почти беззвучно. Настолько беззвучно, насколько позволяли сапоги. Когда мы уже подходили к кяризу, я услышал возню и лязганье.

Пулеметчик был еще там, но в темноте мы не видели его. Одно я знал точно — у него проблемы с оружием. А значит — нужно торопиться. Ведь проблемы можно устранить.

— Быстрей… — шепнул я.

Мы с Бычкой перешли на бег. И пулеметчик это услышал. Я заметил, как он, словно черная тень, вскочил и бросился бежать.

Бычка вскинул автомат.

— Нет, стой!

Прогремел выстрел. Дульный огонь осветил туннель. Тень беззвучно исчезла — человек упал на землю.