Это похвально.

— Докладывай, Селихов, — сказал он, когда уселся на низковатый камень, а нам предложил присесть на сухой обломанный ствол дерева, который, по всей видимости, притащили сюда бойцы.

Здесь, в расщелине, было настолько тесно, что нам пришлось расположиться едва ли не вплотную друг к другу.

А еще тут было тихо. Лишь ветер, который бродил по вершинам этих низкорослых скал, время от времени гудел в камнях.

— Задача в кяризе выполнена, — сказал я. — Плюхина эвакуировали. Уничтожено шесть или семь душманов. Среди них один вооруженный ребенок. Мальчик лет двенадцати-тринадцати.

Муха, которому уже, видимо, вкратце доложили о произошедшем, понуро покивал. Потом взял фляжку, которую примостил у каменной стены, отпил.

— Кто стрелял? — Спросил он.

— Я, товарищ старший лейтенант, — не повел и бровью Бычка.

Голос его звучал хрипловато, как-то нездорово. Но твердо.

Муха снова покивал.

— Какие есть мысли, Селихов? — Спросил он.

— Это была засада. Они знали, что мы сюда придем. И, вероятно, хотели выйти наружу, чтобы застать нас врасплох и уничтожить. Как ни странно, но Плюхин расстроил их планы просто тем, что свалился в колодец.

— Как он? — Буркнул Муха.

— Требуется эвакуация, — ответил я. — До Ландыша идти сам не сможет. Придется нести.

Муха задумался. Взгляд его оставался таким же пристальным. Но глаза перестали поблескивать в темноте. Он задумался, глядя вникуда.

— Нас сдали. Другого объяснения быть не может, — сказал я. — Таких совпадений не бывает.

— Согласен, — сказал Муха. Потом вздохнул. Глянул на меня. — Значит, вы стояли втроем против более чем десятка духов?

— Разрешите обратиться, товарищ старший лейтенант, — вдруг вклинился Бычка.

— Разрешаю, — смерив Бычку внимательным взглядом, сказал Муха.

— Если б не старший сержант… — Бычка мимолетом глянул на меня. Но будто бы постеснялся надолго задержать взгляд, — мы бы там так и остались. Душманы — хитрые сукины дети. Ловушку использовали. На живца нас хотели взять.

— На живца? — Приподнял бровь Муха.

— Так точно. — Бычка кивнул. — Захватили Плюхина. Заставляли его звать помощь.

Бычка улыбнулся и закончил:

— Но он молодец. Упирался. Знал, к чему дело пойдет. Но если б не Саша… — Бычка осекся, прочистил горло, — вернее, если б не старший сержант Селихов, мы б с тех катакомб не вышли бы. Он перехитрил душманов. Помог нам продержаться.

Муха мимолетом глянул на меня. Взгляд его был оценивающим. Но кроме этого ничего не выражал.

— Я подозревал, что рассказы о тебе — это правда, — сказал старлей наконец.

— Уж последним, чем мне интересно заниматься, так это выдумывать про самого себя байки, товарищ старший лейтенант.